В его руках сияющая печать подчинения. Он живой — и это тревожит больше всего. Слабость в теле, голова кружится, а сердце бьется на пределе. Кто из этих мерзавцев посмел ставить такую силу на него? Ответы на эти вопросы не за горами...
— Нападение?
— Террористы⁈
— Млять, их колымага, должно быть, заминирована!
Что ещё кричали эти умники, я не слышал — мы, вырулив за угол, уже неслись по дороге прямо к главному входу в особняк Завойских.
Мы остановились точнёхонько перед огромной лестницей. Со всех сторон к нам бежали вооружённые охранники.
— Сука, дверь заклинило, — выругался я, пытаясь открыть дверку «Каблучка». Покрыв кулак каменной перчаткой, я врезал по двери, выбив часть металла вместе с замком. — Оп, открыто.
Я вышел из машины. Десяток дружинников вокруг нас концентрировали энергию, чтобы атаковать в любой момент.
— Ребятушки, успокойтесь, — проговорил я, оглядывая их и раскручивая своё ядро. — Мы всего лишь купцы из тёплых стран. Видите повозку? — кивнул я на «Каблучок». — Фруктов вам целый кузов привезли. Яблоки там. Помидоры…
— Костя… — обречённо выдохнул Иван. — Помидоры — это не фрукт, а ягода.
— Ясно… — протянул я."
"И, не дожидаясь реакции напряжённых охранников, выпустил ослепляющий шар. Бойцы тут же атаковали нас с Иваном.
Схватив брата, я рванул вперёд, одним махом перескочив через все ступеньки крыльца. Вояки до сих пор пытались справиться с ослеплением. Но быстро у них это не выйдет. Я смешал не только «свет» и «огонь». В это заклинание я смог вплести ещё и крупицы «тьмы» и «смерти».
Оно не только ослепляет, но и подрывает моральный дух и концентрацию.
Сунув руку в карманы, я поглотил два прихваченных из дома ядрышка металлических крыс.
А затем с ноги выбил дверь особняка и первым вошёл внутрь.
Слева послышался топот, я не глядя швырнул туда очередной ослепляющий шар. Слабаки-слуги для меня не помеха.
Я уверенно прошёл через холл к распахнутым двустворчатым дверям — чувствовал, что именно там находятся Марья и Григорий.
Конечно же, я не ошибся, и вместе с графом Бессмертным мы вошли в главную гостиную особняка.
Народу было немного, но все они пялились на нас, точно на золотой рубль.
— Ваня… — ошарашенно прошептала беременная Марья Бессмертная, вскочив с табуретки.
Я поморщился. Местные хозяева сидели на дорогих креслах и заняли диван, а гостящей у них графине дали самую дешёвую табуретку.
Но больше всего меня злило другое. Вид молодого парнишки, похожего на Ивана своей вихрастой светлой шевелюрой.
