Автор
Собеседование продолжается: Я уставилась на него с невероятным сочетанием восхищения и отчаянной надежды. Вспоминая его первый взгляд из-за стеклянного вала ресторана, он выглядит как идеальный антураж для наших ночные приключений. Его оглушительный мотоцикл с ревом заполоняет атмосферу роскошного места за танцами и шампанским, где я окончательно осознаю, что наш собеседование завершено....
"
"– Зачем же так официально? Ты можешь называть меня папой.
Стискиваю зубы, чтобы не нагрубить. Сейчас у меня нет возможностей тягаться с ним.
– Что, милая, еще не надумала вернуться домой? Тебя здесь всегда ждут, – считая, что у него все под контролем, он гаденько хихикает.
– Андрей Владимирович, я пока не понимаю, когда смогу вырваться…
– Чем это таким ты занята? – резко обрывает меня он. Вот и сладенькие речи кончились.
Делаю глубокий вдох и выпаливаю:
– Я устроилась на работу.
Пауза, которая повисает в разговоре, довольна зловеща.
– Ну что ты, Вика! – яда в его голосе хоть отбавляй. – Таким девочкам, как ты, вовсе не обязательно горбатиться. Ты достойна другой жизни.
Знаю я, какой жизни я достойна по вашему мнению.
– А если уж так хочется… гхм… поработать, у меня есть подходящий для тебя вариант.
Что я говорила?
– Мне все нравится.
– Ну-ну. Посмотрим, надолго ли хватит твоего запала.
Ага, нашел дуру! Так я и выложила свои карты на стол!
– Андрей Владимирович, еще весь испытательный срок впереди. Боюсь сглазить. Давайте я потом расскажу…
– Я ведь все равно узнаю, Вика, – кажется, кто-то решил больше не притворяться добреньким. – Ты со мной в эти игры не играй. Кишка тонка против меня выступать.
Ненавижу его. Ублюдок.
– На твоем месте я бы все ж нас навестил, – продолжает он. – Скоро приедет твоя сестра.
А это уже удар ниже пояса. Вот, значит, какие у него аргументы в пользу моей покорности.
Пока Виолетта учится за границей, я хотя бы за нее более или менее спокойна. Но как только она вернется, у Андрея Владимировича появится дополнительный рычаг воздействия на меня.
– Но у нее же сейчас семестр в разгаре, – голос мой дрожит.
– На каникулы прилетит. Лидия уговорила ее погостить, все-таки она давно не видела дочь. Соскучилась она.
Ах ты, сволочь!
Он использует мать вслепую.
Маме все кажется, что моя антипатия к ее мужу – это ревность к памяти отца. Да, я буду только счастлива, если она устроит свою жизнь с хорошим человеком. Но Андрей Владимирович совсем не такой. Меня она не слушает.
