Автор
Жизнь обычной семья становится непредсказуемой, когда начинается тайная одержимость одной из женщин в этом доме. С каждым взрывом ее гнева и стремлений к самовыражению, уютный дом превращается в сцену для настоящих битв между матерью, дочерью и женой.
Мои пальцы стискивают упругое сиденье, пробуждая забытые воспоминания, а под подушечками проскальзывают бороздки на гладкой коже обивки. Те самые, что когда-то тут оставили мои ногти…
Вздрагиваю, когда хлопает водительская дверь, и поднимаю растерянный взгляд на Рому.
Он смотрит на меня. На мои руки, что все еще не могут отпустить чертово предательское кресло. И снова мне в глаза.
— Люблю я этот внедорожник, — будто бы невзначай бросает Рома, словно в продолжение их с Галей разговора.
А у меня в груди снова гореть начинает.
Все эти чертовы пирожки, внедорожники и прочая дребедень мне мозги пудрят! Он же не мне! Посмотрите-ка, какой любвеобильный. Всему подряд в любви признается.
— Чего бы его не любить, — ворчит папа. — Хорошая добротная машина. Галка совсем избаловалась!
Рома тянется к моему ремню безопасности, оказываясь на какое-то мимолетное мгновение слишком близко ко мне, так, что я успеваю в полной мере вдохнуть его горьковатый аромат. Отстраняется и защелкивает рядом с моим бедром ремень:
— Ну что, малыш, покатаемся, — говорит, глядя мне в глаза.
"И я уже рот открываю, чтобы как-то исправить в папиных глазах ситуацию, но Рома опускает взгляд и осторожно поглаживает мой животик.
— Первая прогулка по Москве, как-никак. Ничего, дядя тебе еще и не такие виды покажет…
Звучит слишком многообещающе. Но у меня сердце щемит от этого его «дядя».
Он ведь твой! И я…
Ты сделал меня своей на этом самом чертовом месте.
26. ОН
Поднимаю взгляд на Соню и теряюсь, когда в ее глазах слезы замечаю.
Ну что опять? Снова расстроил? Или все дело в воспоминаниях о нашей ночи? Может хотя бы теперь жалеет, что не согласилась стать моей? Еще тогда. Я ведь просил.
И сейчас прошу. Окажись жадной! Пожелай меня! Или мое богатство! Но будь моей…
Отворачивается. Прячется снова. Конечно, она ведь не такая. Особенная девочка, которой от меня ничего не надо.
Похоже, это карма за то, что я отталкивал от себя людей, потому что им вечно от меня что-то было нужно.
Придавливаю педаль газа, несколько резко срывая машину с места. Бросаю взгляд в зеркало заднего вида, выцепляя взглядом выезжающую из гаража машину, и притапливаю педаль еще немного, чтобы оторваться от остального семейства. Внимание переключается на отца Сони, что похоже придремал на заднем сиденье после плотного завтрака.
Мне действительно все больше нравится этот старик.
