В приют для бездомных Никитична неожиданно зазвонил телефон. В трубке — суетливая женщина в беговой шапочке, рассказывая о бомже на соседней улице. Мгновенно превращается из медийной фигуры в криминальный хронicle-сюжет: страшная история, неприятные подробности и тайны сбежавшего бомжа. Его Величество бомж — это не просто случай, а загадочное явление, на которое никто не готов....
М-да, надо за языком следить, а то он «разберётся» на свою и на мою голову…
Глава 24
Сегодня в меню рассольник, благо, что огурцы тёть Верины остались, и макароны с сосисками. Почти общепит, но на большее меня просто не хватает! И так за окном уже темень, а я только первое сварила. И, как эти семейные дамы, у которых ещё в придачу семеро по лавкам, всё успевают?
— Давай поедим, Берти, потом перевязки надо сделать, а дальше продолжишь посвящать меня в свои дворцовые интриги.
— Так вкусно пахнет, Тань, сейчас слюной захлебнусь! — надо же! Тань! Где бы записать!
— Да ладно, всё на скорую руку, льстец! А ещё герцог!
— Да уж, какой герцог! Не знаю, кто я теперь…
Обедаем, а мне не терпится узнать ещё кое-что. Как только возникает пауза, пока разливаю чай, перехожу к делу,
— Тебя там ждут? Ну, кроме отца кто-нибудь?
— Герцогини нет! — вот так, с места в карьер, — и не было.
— А, как же вот это? — изображаю корону, в аккурат так, как он мне изобразил при первом разговоре, когда я сама спрашивала и сама же, отвечала.
— Это — корона! — сразу признал.
— Я догадалась! А кому она принадлежит?
— Ми джениторе! Папе! — радостно отвечает, — а потом мне перейдёт! Если домой вернусь, конечно! Других сыновей у него нет.
— А, что ты имел в виду, когда показал это? — Костик явно тупит! Или изображает, что тупит! Мне быстро надоедает его недопонимание, приходится резать прямо, — невеста есть? Принцесса там, какая-нибудь? Ты кого-то любишь?!
Он просиял тут же,
— Тебя, моя богиня! — вот сказал бы — Таня, поверила, а так опять за своё идолопоклонство принялся.
Ну, это понятно, — соглашаюсь. Матерь Божья, я уже соглашаюсь! Ни хрена от него не добьёшься, — чай остывает, пей. Вот печенье, и займёмся тобой всерьёз.
Там у него, наверное, баб целый гарем остался, и принцесс караван стоит у ворот в очередь на руку и сердце, а я со своими глупостями лезу! И ведь не спросишь вот так в лоб,
— Костя, я тебе нужна? Как женщина, как жена! Нужна? — а он чаёк прихлёбывает и произносит мечтательно,
— Вот если бы у меня было право на одно желание, я бы знаешь, что загадал?
— Что? — сейчас выдаст!
— Только не убивай!
— Обещаю! — мне вообще, легко пообещать не убивать.
