Автор
В закате теплого залива золотистых лучей, девушка прислоняется к каменистой береговой стенке, пытаясь обогреться. В душе бурлит тревога - как будто каждый последний момент солнечного лета проклят судьбой. Мать не сводит с нее глаз, беспокоится за ее будущее. Кажется, что каждый день становится меньше......
Поэтому ее отношения с Игнатом выглядят еще более странными.
Только это не мое дело. В тысячный раз подряд повторяю себе я.
— Дамы, сегодня идем на банкет! — как обычно врывается в наш маленький мирок Игнат и кричит с порога, — у кого из вас есть платье?
Смотрит, конечно, на Соню. Но та складывает руки на груди и губы поджимает. Неужели они опять поцапались. Когда успели? Как кошка с собакой, честное слово.
— Тебе надо, ты и иди! Можешь даже в платье!
— Ты как с начальством разговариваешь? Забыла, что я…"
"Очень быстро между ними оказываюсь.
— Это запрещенный прием, — бурчит недовольно, — но на вечере мне нужна спутница. Ведь у моего партнера она есть. Некрасиво получится.
Он не произносит имя. Тактичный какой. Но я, итак, догадываюсь. Ведь единственный с кем не побоялся сотрудничать Игнат, кому, можно сказать, доверил, известно кто. Конечно, Басманов Марат. Он у нас и по документам такой один. Мой бывший. Наверное…
— Я пойду, — шаг вперед делаю.
А Игнат, конечно, назад. Не любит он мой живот. А может боится. Боится навредить? Думает беременная женщина — хрустальная ваза, вокруг которой плясать надо? Заранее незавидную той, кто решится ребеночка ему родить. Он ведь ей дышать спокойно не даст с таким-то чувством собственничества.
— На тебя платье не налезет? — поддевает.
— Не смей обижать мою подругу! — тут же вступается Соня, — хочешь сказать, если у женщины отсутствует талия, то она сразу уродина?
— Спасибо, дорогая, — ворчу.
— Ой, прости.
— Давайте закончим упражняться в том, кто сильнее заденет мои нынешние размеры и вернемся к главному, — к начальнику поворачиваюсь, — Игнат, я правда хочу пойти. И если Соня не против…
— С чего это мне против быть?
— Ну, вдруг мы там второго заделать решим? — снова поддевает Игнат, — ты ведь до сих пор меня ревнуешь!
— Ревнуют того, кто не безразличен! — фыркает она, — а мне на тебя плевать!
— Ах ты…
— Хватит! — гаркаю. Опять пытаюсь вернуть разговор в прежнее русло, — Игнат, можно я пойду, пожалуйста? А живот за объёмным платьем спрячу.
Сонька ржет. Она вообще последнее время ведет себя довольно странно. То смех. То слезы.
— Как хочешь, — выплевывает, — вы меня обе достали!
Хлопает дверью своего кабинета. А я пытаюсь осмыслить то, на что решилась. Согласилась не подумав. Вернее, подумав конечно. Я уже несколько дней об этом думаю. Хочу его увидеть. Хочу в его глаза посмотреть. Черные, всегда такие манящие.
