Больше всего Екатерина любила подаренный Генрихом крупный крест, украшенный сапфирами и тремя висячими жемчужинами: он был изготовлен по собственному рисунку короля. Жених также передал Екатерине некоторые украшения покойной матери и ее молитвенник, внутри которого написал: «Я ваш навеки. Генрих К.». Екатерина была вне себя от радости.
На этот раз не предполагалось ни звона соборных колоколов, ни толп гостей, ни пиров. Свадьба должна была состояться частным образом, потому что и Генрих, и Екатерина официально продолжали блюсти траур по почившему королю. Они вместе выбрали благоприятный день – день памяти святого Варнавы, покровителя миротворцев, потому что их брак, конечно же, принесет мир.
Рано утром Екатерина вошла в туалетную комнату в Гринвиче в сопровождении лучащейся от счастья Марии и еще нескольких новых английских леди в белом. Она облачилась в только что пошитое свадебное платье – церемониальный наряд из серебристой ткани, колоколом накрывший «корзинку». Ее длинные волосы распустили и убрали под золотой обруч – свадебный подарок от будущего супруга. Генрих пришел одетый в белый флорентийский бархат с рельефной вышивкой золотой нитью, в сопровождении нескольких лордов и придворных из своей свиты. Архиепископ Уорхэм ждал у небольшого алтаря, чтобы совершить церемонию. Маленькая часовня благоухала июньскими розами – их запах всегда будет напоминать Екатерине об этой восхитительной поре ее жизни.
Генрих поклонился ей. Его глаза говорили, что она выглядит великолепно. Екатерина сделала реверанс. Они вдвоем преклонили колени на роскошных подушках, архиепископ объявил их мужем и женой и благословил. Екатерину переполняли чувства – ведь вершилась ее судьба! – любовь и благодарность к юному супругу, стоявшему на коленях рядом с ней.
С колен она поднялась уже королевой Англии. И Генрих взирал на нее сверху вниз с обожанием в глазах.
Радостно смеясь, они возглавили немногочисленную свадебную процессию, что проследовала из дворца через сад, а потом по известняковой дорожке – к церкви монастыря францисканцев, где должна была состояться праздничная месса по случаю бракосочетания. Затем молодожены вернулись во дворец, чтобы тихо пообедать в личных покоях Генриха. Екатерина сидела рядом с ним, под нависавшим над троном балдахином с символами его власти и могущества. Бесстрастные пажи, припадая на одно колено, церемонно подавали им еду на золотых блюдах, а вокруг стояли готовые к услугам лорды и леди.
Никто не заговаривал о том, чтобы прилюдно укладывать ее в постель с Генрихом, а самой Екатерине спрашивать об этом супруга не хотелось. Про себя она молилась о том, чтобы их наконец оставили вдвоем."
"Беспокойство было напрасно.