Бегите защищайте ворота!
Услышав мой голос, Менелай взревел и бросился на его звук. Но снова меня спасли темнота и скопление людей. Я затесалась среди них и вместе со всеми выбежала на улицу.
Конь стоял на месте, дверца в низу живота болталась, открытая. Греки испарились, только Менелай задержался из-за меня. Улицы стояли тихие, безмолвные, словно зачарованные. Пробегая по ним к воротам, я видела в домах спящих людей, они улыбались и шевелили губами во сне, погруженные в приятные сновидения. Я стучала в окна, пытаясь разбудить их, но некоторые были так пьяны, что не устояли бы на ногах.
Внутри коня сидело не более десяти человек. Их задача — незаметно прокрасться к воротам и открыть их. Тогда остальные — ясно, что они не уплыли, а где-то спрятались — ворвутся в город, вооруженные и беспощадные.
Но если только ворота удастся защитить, тогда троянцы без труда справятся с горсткой греков, выследят их, поймают. Главное — не дать открыть ворота! Я бежала задыхаясь. Ветер холодил щеки, горевшие после удара Менелая.
Вот и Скейские ворота, сбоку от них — Большая башня. Темно и тихо, ни души. На посту ни одного часового. Неужели часовые тоже напились до потери сознания? Горе Трое, если так.
Огромный деревянный засов на месте. Но некому защитить его. Хоть бы в башне были люди! Я колотила в дверь, но никто не отозвался, не открыл.
Та самая башня, в которой Гектор прощался с Андромахой, завещая ей быть мужественной. В первый раз я порадовалась тому, что Гектора нет в живых и он не видит этого позора. Часовые покинули пост! Какой смысл в том, что люди доблестно погибали в сражениях, если город будет сдан врагу из-за беспечной халатности?
Из темноты вышел человек, но не троянец: тот обратился бы ко мне «царевна Елена». Так запросто мог назвать меня только грек.
Значит, они уже у ворот. Замешкался один Менелай. Это был Аякс, отвратительный Малый Аякс.
— Не трудись, их уже не разбудишь. Когда мы пришли, часовые спали. Мы помогли им уснуть вечным сном, — сказал он, и его лицо изобразило подобие улыбки. Он сделал выпад вперед, схватил меня и сказал кому-то из товарищей: — Эй, держите ее! Подарок Менелаю.
Необычайно мускулистый и необычайно молодой юноша положил руки мне на плечи.
— С удовольствием, — улыбнулся он. — Разве можно держать Елену без удовольствия?
— Так получи удовольствие по полной, — рассмеялся Аякс. — Кто скажет Менелаю? А ей он не поверит. Все знают, что она лгунья и предательница.
Юноша отвел меня в сторону.
