Автор
Ежедневная жизнь в саду превратилась в поиски отсутствующих трусов. Его взгляд острый как щепотка, а реакция при мысли о возможном разводе шокирует до глубины души. Но это не главное - он теперь натягивает боксеры на тыльной стороне которых висят обкуренные куртки и сигареты......
– Я тебя что, заставлял со мной идти? Предложил – ты согласилась. На хрена ж мне такие жертвы, чтоб ты потом цирк с конями устраивала?
- Я… мне… нехорошо, - почти шепотом сказала Наташа, глядя себе под ноги.
- Что тебе нехорошо? Это мне, знаешь, нехорошо, что весь вечер как идиот…
- Живот… болит.
- С хрена ли?
И тут до меня дошло!
Едрить твою налево!
Мог бы и догадаться. Хотя как? Я что, ясновидящий? На ней написано? Красные флажки из ушей торчат? А сказать по-человечески нельзя было?
Любые отношения, перешедшие на горизонтальный уровень, за исключением одноразовых, конечно, в течение месяца на это наталкиваются.
- Наташ… - орать мне сразу расхотелось, но раздражение все равно плескалось серной кислотой на уровне ушей. – Ты могла мне об этом сказать, когда я за тобой приехал. А еще лучше – позвонить, и я бы не приезжал. Это не последний концерт. А даже если б и последний – ну и что? И я бы пережил, и ты тем более. Кому ты лучше сделала? Да никому. Наоборот. Или ты тупо стеснялась сказать?"
"Она уставилась в окно, но я довольно резко развернул ее к себе.
- Послушай, подруга. Я достаточно большой мальчик и приблизительно представляю, как устроены женщины.
Впрочем, промелькнула мысль, если твой мудак в это время обходил тебя по дуге с брезгливой мордой или наоборот требовал исполнять супружеский долг, невзирая ни на что, тогда понятно.
- Антон, ну что ты несешь? – даже в полумраке было видно, как она покраснела. – Разумеется, сказала бы… потом. Просто у меня очень сильно живот болит. Так, что просто сдохнуть. Каждый раз. Кеторол в первый день колю. По силе это как морфий, только не наркотик. Перед выходом уколола, но почему-то не взяло. Может, просроченный или левый, не знаю.
- Ну елки! – возмутился я.
