Автор
Ежедневная жизнь в саду превратилась в поиски отсутствующих трусов. Его взгляд острый как щепотка, а реакция при мысли о возможном разводе шокирует до глубины души. Но это не главное - он теперь натягивает боксеры на тыльной стороне которых висят обкуренные куртки и сигареты......
- Дома поговорим, - отрезал Антон.
Тут уж я заткнулась, напряженно глядя перед собой. Он тоже молчал, лишь изредка бросая: «левее», «притормози», «осторожнее». Молча доехали, молча дошли до дома, молча ехали в лифте. Как будто совсем другие Антон и Наташа всего три дня назад целовались и подгоняли его: быстрее, черепаха!
Мы вошли в квартиру, и Тошка, выпущенный из клетки, бросился не ко мне, а к нему. Наобнимавшись с Антоном, эта зараза прицепилась к моим брюкам: ну, мамо, не видите, что ли, дитятко хочет кушенькать.
Пока я меняла воду в тазу и резала в миску вареную курятину, Антон сидел тут же за столом и мрачно смотрел в окно. Закончив, я вымыла руки, подошла к нему.
- Ну?
- Присядь, - он кивнул на стул напротив.
Я села, и какое-то время мы молчали. Казалось, воздух между нами сгустился настолько, что еще немного – и свернется, как творог.
- Я думал, обойдется без этого, но, похоже, не получится. Некоторые вещи надо выяснять на берегу, пока еще не поздно.
- У тебя что, жена и семеро по лавкам? – не совсем логично поинтересовалась я, потому что помнила его слова, почему он не хочет жениться.
- Нет, Наташ. Но у меня было… много женщин. Такие вещи имеют свойство всплывать в самый неподходящий момент. И мне не хотелось бы…
- Антон, - перебила я, - не вижу смысла в этом разговоре. Неужели ты думаешь, я такая дура и не поняла этого? Что ты подбираешь все, что плохо лежит? Как настоящий енот! Именно поэтому я и сказала тебе тогда, что замужем.
Он молчал, не глядя на меня, только ноздри подрагивали.
- И эта коза… которая сегодня. Думаешь, я не поняла, что ее ты тоже трахал? Сразу поняла.
На самом-то деле я поняла это позже. Когда он оборвал меня в машине. Но это, в принципе, уже было неважно. Остапа понесло.
- Эта коза, как ты говоришь, помогла мне понять одну очень важную вещь, - тихо сказал Антон. – Чего я не хочу в отношениях.
- То есть ты использовал других сам – и не задумывался, как им погано?
- Да. Наверно.
- Я даже не знаю, что сказать…
Я действительно не знала. Он правда мог промолчать. Мало ли что было раньше. Но не промолчал – и что это означало?
- Скажи, Антон, а ты хоть одну девушку любил? Ну хоть немного? Или только… использовал?
- Самую первую. Но это было давно. Нам было по пятнадцать.
