Автор
Итни окинула взглядом спальню и убедилась, что комната, где прожила тридцать лет, теперь чиста и аккуратна. Выдвинув ящик комода, она осторожно держала в руках пистолет - черный и холодный, как ночь. В трубку загудело, затем раздался ее дочь Трейси: "Алло?"
* * *Искусствоведы сидели в кабинете директора.
– Вы были правы, – с трудом признался Кристиан Мачадо. – Это Лукас. Теперь я стану всеобщим посмешищем.
– Лукас обманул многих экспертов, – успокоил его швейцарец. – Его подделки – мое хобби.
– Я заплатил за эту картину три с половиной миллиона долларов!
Ренделл пожал плечами.
– Вы не можете вернуть свои деньги обратно?
Мачадо в отчаянии покачал головой.
– Я купил ее у вдовы, утверждавшей, что полотно в течение трех поколений принадлежало семье ее мужа. Если я предъявлю ей иск и дело дойдет до суда, возникнет нежелательная огласка и любой экспонат музея смогут поставить под сомнение.
Анри Ренделл задумался.
– Незачем предавать это дело огласке. Я бы посоветовал объяснить начальству, что произошло, а затем тихо избавиться от Лукаса. Например, спихнуть полотно на аукцион «Сотбис» или «Кристи».
– Нет, это не выход. Тогда о моей истории узнает весь мир.
Лицо Ренделла просветлело.
– Я готов помочь вам. У меня есть клиент, который собирает живопись Лукаса.
– С удовольствием избавлюсь от него. Даже смотреть на него не хочу! Фальшивка среди моих бесценных сокровищ! Взял бы и выбросил! – горько добавил Мачадо.
– В этом нет никакой необходимости. Мой клиент заплатит за холст, ну, скажем, пятьсот тысяч долларов. Хотите, я позвоню ему?
– Был бы вам весьма признателен, сеньор Ренделл.
* * *На спешно созванном совещании совета директоров было принято решение всеми силами скрывать, что один из экспонатов Прадо оказался подделкой.
В тот же день заключили сделку. Анри Ренделл заехал в Банк Испании, вернулся с заверенным чеком на пятьсот тысяч долларов и тут же получил завернутый в неприметный джут холст Эухенио Лукаса-и-Падильи.
– Совету директоров не понравится, если об этом деле узнает широкая публика, – заметил Мачадо.
– Положитесь на меня, – успокоил его швейцарец."
"Выйдя из музея, он взял такси и отправился в жилой квартал в северной части Мадрида. Поднялся на третий этаж и постучал в дверь. Ему открыла Трейси. За ее спиной стоял Цезарь Поретта. Трейси вопросительно посмотрела на Ренделла. Тот улыбнулся.
– Не могли дождаться, когда сбудут его с рук, – хохотнул он.
Трейси взяла его за плечи и увлекла в дом.
– Проходи.
Поретта положил картину на стол.
