Автор
Итни окинула взглядом спальню и убедилась, что комната, где прожила тридцать лет, теперь чиста и аккуратна. Выдвинув ящик комода, она осторожно держала в руках пистолет - черный и холодный, как ночь. В трубку загудело, затем раздался ее дочь Трейси: "Алло?"
Главный комиссар Уилемс повернулся к американцу:
– У вас имеются доказательства, мистер Купер?
Дэниел Купер не нуждался ни в каких доказательствах. Он знал Трейси Уитни до мозга костей. Разумеется, она находится здесь, чтобы совершить преступление, совершенно особенное и недоступное их скудному воображению. Купер с трудом сдерживался.
– Никаких доказательств. Именно поэтому ее необходимо брать с поличным.
– И как вы предлагаете это сделать?
– Не выпускать ее из нашего поля зрения.
Местоимение «нашего» насторожило главного комиссара. Он разговаривал по поводу Купера с инспектором Треньяном в Париже. «Неприятный, но дело знает. Если бы мы послушали его, то захватили бы эту Трейси с поличным». Вот и сейчас Купер говорил об аресте с поличным.
Тоон Уилемс принял решение – отчасти потому, что видел, какую шумиху подняла пресса по поводу провала парижской полиции в деле с бриллиантами «Де Бирс». «Французы облажались, а мы справимся», – подумал он.
– Хорошо, – заключил Уилемс. – Если эта госпожа прибыла в Голландию, чтобы испытать на прочность нашу полицию, мы продемонстрируем ей наши возможности. – Главный комиссар обратился к инспектору ван Дюрену: – Примите все необходимые меры.
Амстердам разделен на шесть зон полицейской ответственности. Но по приказу инспектора Хоопа ван Дюрена бригады наружного наблюдения были сформированы независимо от границ районов.
– Я требую, чтобы за ней следили двадцать четыре часа в сутки, – наставлял он.
– Нет, пока мы не поймаем ее.
– Поймаем, – заверил его голландец. – Мы же не зря гордимся тем, что у нас лучшая полиция в мире."
"Амстердам – рай для туристов. Край мельниц и дамб, где двускатные крыши осеняют паутину отороченных деревьями каналов, и на плавучих домиках, украшенных ящиками с геранью, полощется на ветру белье.
– Все они кажутся такими счастливыми, – заметила она.
– Не забывай, изначально они – люди-цветы. Тюльпаны.
Трейси рассмеялась и взяла Джефа за руку. Рядом с ним она чувствовала необычайную радость. Какой он замечательный! А Джеф, глядя на нее, думал: «Я самый счастливый человек на свете».
Они осматривали достопримечательности, как обычные туристы.
