Автор
Итни окинула взглядом спальню и убедилась, что комната, где прожила тридцать лет, теперь чиста и аккуратна. Выдвинув ящик комода, она осторожно держала в руках пистолет - черный и холодный, как ночь. В трубку загудело, затем раздался ее дочь Трейси: "Алло?"
При входе Джеф купил путеводитель, и они прошли по коридору в зал Славы, где были выставлены полотна Фра Анджелико,[128] Мурильо,[129] Рубенса, Ван Дейка[130] и Тьеполо.[131] Трейси и Джеф медленно переходили от картины к картине и, осмотрев их, удалились в зал «Ночного дозора», где остановились перед самым знаменитым полотном Рембрандта. «Господи Боже мой!» – подумала симпатичная констебль первого класса Фиен Хауэр, которая вместе с другими следила за подозрительной парочкой. – Неужели «Ночной дозор»?»
Полностью картина называлась «Стрелки роты капитана Франса Баннинга Кока и лейтенанта Виллема ван Ройтенбурха».
– Трудно поверить, что Рембрандт за эту картину сполна огреб неприятностей, – проговорил Джеф.
– Почему? Она потрясающая!
– Его патрону, вот этому капитану на полотне, не понравилось, что художник уделил такое большое внимание другим фигурам.
– Ja, mijnheer.[132] Всякого, кто решит что-нибудь украсть из нашего музея, обнаружат инфракрасные лучи, камеры слежения, а по ночам – два кинолога с собаками.
Джеф удовлетворенно улыбнулся.
– Значит, полотно останется здесь навсегда.
Вечером этот обмен фразами передали ван Дюрену.
– «Ночной дозор»! – воскликнул полицейский.
Дэниел Купер только моргнул своими близорукими глазами.
В здании городского собрания Амстердама шел слет филателистов. Трейси и Джеф появились там одними из первых. Помещение усиленно охранялось, потому что многие марки считались бесценными. Купер и голландские детективы наблюдали, как два посетителя рассматривали редкие коллекции. Трейси остановилась перед «Британской Гвианой» – неприглядным шестиугольником в красных анилиновых тонах.
– Какая замухрышка.
– Зря ты так, – упрекнул ее Джеф. – Эта марка – единственная в своем роде.
– И сколько она стоит?
– Миллион долларов.
– Совершенно верно, сэр, – кивнул головой служитель. – Большинство людей смотрят на эту марку и не представляют ее истинной стоимости. Но вы, сэр, я вижу, любитель марок, вроде меня. В них история мира.
Трейси и Джеф перешли к следующей витрине, где демонстрировалась «Перевернутая Дженни»: на ней был изображен летящий вверх колесами самолет.
