Автор
Итни окинула взглядом спальню и убедилась, что комната, где прожила тридцать лет, теперь чиста и аккуратна. Выдвинув ящик комода, она осторожно держала в руках пистолет - черный и холодный, как ночь. В трубку загудело, затем раздался ее дочь Трейси: "Алло?"
Короткое молчание.
– М-м-м… Восхитительно! Чем хочешь сегодня заниматься? Может, съездим в Роттердам?
– А если остаться дома и отдохнуть?
– Заманчиво.
Дэниел Купер понял, что они подразумевали под словом «отдохнуть», и поджал губы.
– Королева открывает новый дом для сирот.
– Очень мило. По-моему, голландцы самые радушные и щедрые люди на свете.
– Они бунтари – не признают никаких законов и правил.
Смех.
– Поэтому они нам так и нравятся.
Обычный утренний треп любовников. «Как они свободно держатся, как они раскованны друг с другом, – думал Купер.
– Кстати, о щедрости, – голос Джефа. – Знаешь, кто остановился в нашем отеле? Максимилиан Пьерпонт. Мне его так недоставало на «Королеве Елизавете II».
– А мне – в Восточном экспрессе.
– Наверное, приехал ободрать очередную компанию. Раз уж мы оказались рядом, надо им заняться. Поскольку он тут, под боком…
Трейси рассмеялась:
– Вполне с тобой согласна, милый.
– Помнится, наш друг всегда возит с собой бесценные артефакты.
Вмешался другой женский голос:
– Не возражаете, если я сейчас уберу комнату?
Ван Дюрен повернулся к констеблю Уиткампу:
– Установите наблюдение за Максимилианом Пьерпонтом. Немедленно доложите, если Уитни или Стивенс попытаются завязать с ним знакомство.
Инспектор ван Дюрен явился на доклад к главному комиссару Тоону Уилемсу.
– Похоже, они нацелились на разные объекты: проявляют большой интерес к богатому американцу Максимилиану Пьерпонту, посетили филателистическую выставку, осмотрели бриллиант «Лукулл» на Нидерландской ограночной фабрике и два часа торчали перед «Ночным дозором».
– «Ночным дозором»? Нет, это совершенно невозможно!
Главный комиссар откинулся на спинку кресла, размышляя, не напрасно ли он тратит свое драгоценное время и не напрасно ли разбазаривает людские ресурсы. Уж слишком много он выслушивает рассуждений и слишком мало ему представляют фактов.
– Таким образом, вы не готовы сказать, какой именно объект выбрали подозреваемые?
– Нет, господин главный комиссар.
– Вам сообщат? – нахмурился Уиллемс.
– «Жучки», – объяснил ван Дюрен. – Они понятия не имеют, что их подслушивают.
Ясность наступила на следующее утро. Трейси и Джеф заканчивали завтрак в номере Трейси. На посту прослушивания на верхнем этаже дежурили Дэниел Купер, инспектор Хооп ван Дюрен и констебль Уиткамп. Они различили звук разливаемого в чашки кофе.
