— Вы памятник сделали, вот так мы и увидели. — Женщина присела рядом с Симой. — Были здесь — и увидели, Зак его обнюхал… Господи боже мой, могла ли я думать, что через два дня мы будем копать тут яму для него!
— Лена, это случайность.
— Я знаю, но мне что, легче от этого? — Женщина плачет навзрыд. — Вот, смотрите, какой он был славный!
Она достала телефон и продемонстрировала Симе фотографию крупного молодого ротвейлера с умильной мордахой.
— Все говорят, что ротвейлеры злобные, но я думаю, что характер собаки зависит от характера хозяина, если хозяин отморозок, и пес будет точно таким же. — Женщина всхлипнула. — А наш Зак был добрым, ласковым псом и очень игривым. Он в жизни своей никого не укусил или что-то такое, кошек никогда не обижал…
Сима понимает, что женщине нужно кому-то рассказать, ей точно так же хотелось рассказать о Сэмми людям, которые его не знали, хотелось объяснить, каким он был, чтобы люди понимали, что это не просто кот, а самый лучший кот в мире и скорбеть по нему — вещь вполне естественная. А еще она понимает, что сейчас нужно уйти и дать этим двоим проститься со своей собакой.
А она придет сюда позже, ведь Сэмми теперь всегда будет здесь.
* * *— Смерть наступила по естественным причинам. — Патологоанатом подает Реутову заключение. — Внутренние органы трупа сохранились, никаких следов насилия не обнаружено, как и остатков веществ, которые могли бы послужить причиной смерти.
— То есть ее не били по голове тупым тяжелым предметом, не душили и не травили. — Реутов бегло просматривает протокол вскрытия. — От чего же она умерла, от старости?
— Можно и так сказать. Эта женщина нормально питалась, и убил ее банальный инфаркт, который, возможно, случился в отсутствие дома родственников или же ночью, и она не проснулась. Тело мумифицировалось отчасти потому, что эта женщина при жизни очень много пила. Она проспиртовалась насквозь — тем не менее это не помешало ей дожить до очень преклонных лет. В момент смерти ей было лет восемьдесят пять, туда-сюда пару лет.
— Это подтверждается данными из реестра, прописаны были убитая Смалькова и ее мать, Рыбник Мария Константиновна. Когда наступила смерть?
— Судя по анализам, как я и предполагал, примерно пять лет назад, точнее не скажу.
Реутов присвистнул. И все это время труп находился в квартире, и никто из соседей ничего не заподозрил. Хотя, возможно, умершая была не слишком общительной. Тем более при жизни она пила, так что люди и сами избегали общения с ней. Ну, перестала показываться вечно пьяная старуха — и ладно, кому интересно, куда она подевалась? Да еще старые соседи съехали, а новые о старухе даже и не знали.
— Эти пятна на лице и руках трупа — следы акриловой краски. — Патологоанатом покачал головой.