В темных закоулках города раздается тихий телефонный звонок, и в ответ на вопрос о том, что случилось, слышится ужасная новость: Труфилов был найден. Следующие показания могут изменить все. Ночь становится не просто холоднее, но и опаснее для этого человека.
И если помогли хоть одному человеку, значит, не зря пришли в этот мир.
— Иногда мне кажется, что я помогаю не тем, кому нужно, — признался Дронго, — бывает, что приходится выбирать между несколькими хищниками. Кто-то мне больше нравится, кто-то меньше, впрочем, все это ерунда. Вы правы. Если можно помочь хотя бы одному человеку, стоит заниматься этим грязным делом. Ну, я пошел, — он поднялся.
— Кофе хотите?
— Я не люблю кофе. А вы не умеете его готовить. Вечером позвоню.
— Надеюсь, не ночью, — проговорил Зиновий Михайлович.
— Не уверен, — сказал Дронго, — до свидания. Рад был с вами побеседовать.
В этот момент зазвонил его мобильный. Это был Романенко."
"— Опять неприятности, — сообщил он, — убит Матвей Очеретин. На квартире подружки Чиряева. И еще двое боевиков. Непонятно, что там произошло. Женщину зверски изнасиловали, и сейчас она в больнице. Я еду на место происшествия. Поедете со мной?
— Конечно. Заезжать за мной не нужно, я сам приеду. Дайте только адрес.
Закончив разговор, Дронго убрал аппарат.
— Опять что-нибудь случилось? — спросил Зиновий Михайлович.
— Вам лучше не знать, — ответил Дронго, — знание умножает печаль. Так, кажется, у Экклезиаста?
— Жду вашего звонка, — сказал Зиновий Михайлович, и на этом они расстались.
Москва. 11 мая
Все произошло неожиданно, как это обычно бывает. В два часа дня пришла женщина, дверь открыла своим ключом и подняла крик на весь дом. Через несколько минут приехала милиция. Еще через несколько минут сообщение передали в МУР, затем в прокуратуру.
Сейчас в квартире работала группа экспертов, сотрудники прокуратуры и милиции. Романенко сидел на кухне, чтобы не мешать. Дежуривший на лестничной клетке старший лейтенант не хотел пускать Дронго в квартиру.
— Ваши документы!
— Я к Всеволоду Борисовичу, — сказал Дронго.
— Нет здесь такого, — бросил офицер, — проходите, не стойте. Не положено.
— Послушай, старший лейтенант, я очень устал, всю ночь не спал. Документов у меня нет, но меня позвал сюда Романенко.
Старший лейтенант слышал фамилию Романенко и, бросив взгляд на стоявшего перед ним человека, чуть посторонился.
— Проходите! — Дронго вошел в квартиру, посмотрел на убитого Очеретина и двинулся осторожно дальше, мимо экспертов. В спальне еще два трупа.
