В темных закоулках города раздается тихий телефонный звонок, и в ответ на вопрос о том, что случилось, слышится ужасная новость: Труфилов был найден. Следующие показания могут изменить все. Ночь становится не просто холоднее, но и опаснее для этого человека.
Не исключено, что действует профессионал-наемник.
— Нет, — возразил Дронго, — Попов — офицер КГБ и не пустил бы наемника в дом, да еще ночью. Обратите внимание, убийство произошло недавно. Несомненно, что убийца и Попов были знакомы. Хозяин открыл ему дверь, они прошли в столовую, побеседовали, даже телевизор остался включенным. Потом что-то произошло. Очевидно, Попов, почуяв неладное, бросился в спальню, но пуля убийцы настигла его. Возможно, в спальне Попов хранил оружие.
Дронго, обернув носовым платком руку, чтобы не оставить следов, осторожно открыл гардероб и под стопкой простыней обнаружил пистолет.
— Красиво, — прокомментировал Романенко. — Значит, он спешил в спальню за оружием."
"— Его что-то смутило. Очевидно, во время разговора с убийцей он понял, что допустил оплошность, бросился в спальню, но не успел. Это был не наемник. Попов знал его раньше. Возможно, связывался с ним напрямую, через голову организатора операции. Может быть даже они общались друг с другом, а главный получал информацию уже от самого убийцы.
Они перешли в другую комнату, где находилась Галина. Она не могла оторвать глаз от убитого. Дронго пристально посмотрел на нее.
— Может, спустимся вниз?
— Нет, я останусь с вами, — упрямо заявила Галина.
Он перевел взгляд с телеэкрана на пульт управления, лежавший на столе. Романенко сел рядом с Галиной, тяжело вздохнул.
— Сейчас прибудут эксперты, — сообщил он, — не думаю, что им удастся опровергнуть ваши выводы, Дронго.
— Пульт управления, — кивнул Дронго, — посмотрите на пульт управления.
— Не понимаю, при чем тут пульт управления?
— Вы знаете, который час?
— Конечно, знаю, — удивился Романенко. — Это имеет отношение к убийству?
— Я могу сказать, на какой кнопке остались отпечатки пальцев убийцы, — вдруг произнес Дронго.
— Знаете, — с некоторым сомнением сказал Всеволод Борисович, — я, конечно, верю в ваши способности, но все должно быть в разумных пределах. Не обижайтесь, Дронго, но мне кажется, вы иногда увлекаетесь.
— Вы же опытный следователь, — возразил Дронго, — при чем тут чудеса. Все знают, как четко и толково вы проводите расследования. Просто вы очень устали за сегодняшний день. И только поэтому не обратили внимания на вещи вполне очевидные.
