— А тут к тебе пришли го-О-О-О!!!
Вика, то есть дракон, раскрыв пасть, выпустила мощную струю раскаленного пара. Прямо в Баронета. Тот едва спасся, подпрыгнув к потолку, и заодно спас ошалевшего от ужаса Авдея, крепко прихватив его за шиворот.
— Поздно. Она все равно проснулась, — с нечеловеческим спокойствием сказал Павлов и встал в точно такую же позу, как и Инари. — Приветствую тебя, о Наследница!
Зависшие под самым потолком Баронет и Авдей увидели, как Наследница приподнялась, расправила крылья, в полутьме ее лежбища казавшиеся лиловыми, и снова шуранула паром из пасти, как из раскаленной парной.
Но напротив нее стояли уже не бизнесмен и референт. Точнее, стояли не люди. Во всяком случае, Авдей теперь получил достаточно наглядное представление о том, как человек превращается в дракона. И понял, что об этом он точно ничего писать не будет.
На месте Инари стоял ярко-алый дракон с позолоченным подбрюшьем и свисающими из пасти длинными клыками. Бизнесмен Павлов выглядел поскромнее, но его окрас маренго говорил об исключительном достатке и респектабельности.
Наследница зарычала, два других дракона ответили ей тем же, но их рычание звучало в какой-то успокаивающей тональности. Вскоре рычание перешло в непонятный свист, вперемешку с шипом и пощелкиванием, как у дельфинов. Драконы явно общались, и Вике явно нравилось их общество. Она встала на задние лапы, передними неловко расшвыряла пустую тару из-под бананов, и, что-то просвистев, колупнула когтем непочатую коробку.
Однако драконы бананы есть не стали. Они настойчиво насвистывали что-то Наследнице в уши. Баронет не выдержал.
— Так больше не может продолжаться. Я, конечно, понимаю, что они ей свистят. К тебе, мол, гости, и все такое… Но я ей сам лучше скажу!
— Вы что, хотите спуститься туда?! — отчаянно возопил Авдей. — Там теперь три дракона! Они же… испепелят!
— Чушь. Не забывай, что я тоже… не только человек.
— Хорошо, а как же я?! Мне так и висеть под потолком, как новогодней гирлянде?!
— Повисишь пока, — с отеческой строгостью изрек Баронет. — А я спущусь и попытаюсь растолковать Вике, кто она и кто ты. А потом предъявлю ей тебя.
И Баронет начал медленно и эффектно сползать вниз по отвесной стене. Его тело при этом изменилось, напоминая больше тело гигантского питона, если, конечно, в природе существуют питоны, окраской чешуи похожие на известную во всем мире хохломскую роспись. Сознание самого Авдея, похоже, тоже принялось двоиться. С одной стороны, он не без волнения и интереса наблюдал за трансформацией тестя, понимая, что в его жизни вряд ли еще выпадет возможность увидеть непосредственного родственника в этаком обличье.