Цезарь направился в сторону города Крустумерий, сгорбившись и прячась от ветра за гриву Буцефала. Зима стояла лютая!
Они ехали всю ночь, чтобы к утру быть как можно дальше от Рима, и остановились только с наступлением второй ночи. К тому времени они достигли города Требулы, недалеко от гребня первой горной цепи. Город был небольшой, но гордился своей гостиницей, которая также служила местной таверной, и поэтому там было шумно. Повсюду толпился народ, и было очень жарко. Грязь и небрежение не привели Цезаря в восторг.
– Все же будет крыша над головой и постель, – сказал он Бургунду после того, как осмотрел комнату наверху, где им предстояло спать вместе с несколькими пастушьими собаками и шестью курами.
Конечно, приезжие привлекли к себе внимание посетителей, которые все были местными и собрались выпить вина. Большинство из них потом доберутся по снегу домой, но найдутся, конечно, и такие (как признался хозяин), которые проведут ночь в таверне, прямо там, где упадут.
– Есть колбаски и хлеб, – сказал хозяин.
– Давай и то и другое.
– Вина?
– Воды, – твердо ответил Цезарь.
– Молод еще пить? – недовольно осведомился хозяин, основной доход которого составляла торговля вином.
– Моя мать убьет меня, если я выпью хоть глоток.
– А твой друг? Он-то достаточно взрослый.
– Да, но он умственно отсталый, и тебе не понравится, если он хлебнет вина. Он голыми руками разрывает гирканских медведей и запросто убил львов, которых хотел показать на играх один претор в Риме, – отозвался Цезарь с очень серьезным лицом.
Бургунд выглядел безучастным ко всему.
– О-о-о! – воскликнул хозяин и поскорее отошел.
Больше никто не пытался побеспокоить Цезаря, раз с ним был Бургунд. Поэтому они смогли посидеть в самом тихом месте этой шумной комнаты и понаблюдать за любимым занятием местных жителей, которое заключалось в том, чтобы усиленно угощать вином какого-нибудь уже подвыпившего юношу и гадать, сколько тот продержится, прежде чем его вырвет.
– Сельская жизнь! – сказал Цезарь, хлопнув Бургунда по голой руке. – Никогда не подумаешь, что Рим достаточно близко, чтобы эти деревенщины могли голосовать каждый год, да? А их голоса имеют значение, потому что они принадлежат к сельским трибам, в то время как умные люди, смыслящие в политике, страдают оттого, что родились в Риме и их голоса ничего не значат. Неправильно!
– Они даже читать не могут, – сказал Бургунд, который читать умел, потому что Цезарь и Гнифон научили его. На его лице стала медленно проявляться улыбка. – Это к лучшему, Цезарь. Наши книги в безопасности!
– Конечно. – Цезарь снова хлопнул его по руке. – Здесь полно комаров, проклятое отродье!
– Зимой они переселяются сюда, – пояснил Бургунд. – Здесь так жарко, что можно яйца варить.