В холодном ветре, как дым кваса, царь Федор Годунов задерживает князя, требуя честной новой вести. Князь Шаховский замолкает, изливаясь обвинениями и ненавистью после мутной воды в Путивле. Темнота наледиющего воздуха окутывает их как тканью, скрывая истинные мысли и планы в этот неспокойный год....
* * *Грязного в Путивле встретили на ура. Ещё и весть в этот же день о его появлении до всего войска донесли. Оно и понятно. Появление в городе одного из ближников самого Ивана Грозного, добавляло веса призывам князя Шаховского, как бы подтверждая, что царь Дмитрий, и вправду, сумел спастись, вырвавшись из рук подлых москвичей. И, как следствие, моему боярину было предложено возглавить один из полков. И даже собственный шатёр выделили, чтобы новый воевода без урона своему статусу мог в поход отправится.
Ну, насчёт полка — это сильно сказано. Три с половиной сотни совершенно необученных и чем попало вооружённых мешан и крестьян на гордое звание полка никак не тянули. Но всё же лучше так, чем совсем ничего. Теперь главное воинскому строю их обучить, да к себе привязать — в будущем это разношёрстная толпа вполне может стать основой моего войска.
Грязной разделил мою будущую армию на четыре неполные сотни примерно по восемьдесят человек в каждой, возведя в ранг сотников меня, Глеба, пожилого холопа, в молодости служившего под началом самого воеводы, Кривоноса, послужильца и боевого товарища Тимофея, сына Грязного и бывшего пушкаря Гаврилу Мизинца.
А вечером, после того, как мы немного обустроились в лагере, новоиспечённый воевода, оставив Мизинца старшим над ополченцами, созвал остальных сотников к себе в шатёр, добавив туда Тараску и Мохину.
— Смердов учить? А какой в этом прок? Только время тратить, — удивился Грязной. — Если при виде врага не побегут, да толпой навалятся, уже хорошо. Исход сражения не они будут решать.
— Верно говоришь, Василий Григорьевич, — согласился с боярином Порохня. — Ты, Фёдор Иванович, главное возле нас держись, — повернулся он ко мне. — Если царская конница наскочит, всех мужиков в капусту посечёт.
— И людей своих на погибель бросим, — добавив в голос яду, констатировал я. — Я так дела вершить не привык. Да и людей этих думка была к себе привязать."
"— Да их в первой же сече посекут, — горячо возразил Тараско. — Ты выдел Фёдор, как они оружие держат? Словно палками частокол городить собрались!
— Вот и нужно обучить хотя бы строй держать для начала.
