В холодном ветре, как дым кваса, царь Федор Годунов задерживает князя, требуя честной новой вести. Князь Шаховский замолкает, изливаясь обвинениями и ненавистью после мутной воды в Путивле. Темнота наледиющего воздуха окутывает их как тканью, скрывая истинные мысли и планы в этот неспокойный год....
— Ты престол себе сначала верни, Федька! Чтобы на Москву править вернуться — сила нужна, а войска у тебя за спиной я что-то не вижу. Или ты на Грязного надеешься? Так он тебе с войском не поможет. Он ныне на Руси никто, даром, что ближником самого Грозного был! — презрительно сплюнул князь.
Я усмехнулся, не сводя глаз со своего врага. Вот же змеюка ядовитая! Сам практически в могиле уже лежит, а всё ужалить побольнее норовит. Не мечом, так словами ранить. И хамить при этом не забывает.
— Войска у меня, и вправду, нет.
— И всё же войска у тебя нет! — не пожелал сдаваться Рубец."
"— Сейчас нет, — с нажимом возразил я. — Но я ещё год подожду, людишек соберу. К тому времени народ и Шуйского возненавидеть успеет, и на харю нового самозванца налюбуется. Вот тогда я и объявлюсь. Вот только ты этого уже не увидишь, — я медленно отлепился от дерева, охнув от резкой боли и бросил в искажённое ненавистью лицо.
— Слово своё дай.
— Нет, — покачал я головой. — Торговаться я с тобой, Васятка, не буду. Не по чину это тебе.
— Хорошо. Спрашивай, государь.
Ишь ты, какой сразу вежливый стал! Хотя тут как раз всё понятно. Решил не нарываться лишний раз, раз уж речь о судьбе всего рода зашла.
— Кто в убийстве царицы Марии вместе с тобой участвовал?
— Мишка Молчанов, Андрюшка Шерефединов и подъячий Ивашка Богданов.
Ясно. Я, конечно, и так об этом знал, но решил уточнить. История после моего побега изменилась. А значит и состав убийц царицы вполне мог претерпеть изменения. Так что лучше у непосредственного участника имена убийц уточнить.
