В Феерической Академии воздух насыщен магией и шепотом секретов. Каждый ученик здесь обладает уникальными талантами, а дневной свет растворяется в ночное призрачное свечение. Здесь любви нет пределов, но каждое взаимное очарование переносит участников в мир между мертвыми и живыми, где границы исчезают....
– Мы что-нибудь придумаем!
— Я так рада, что ты есть у меня, сыночек, — улыбнулась я, чувствуя, что никогда его не брошу. – Такой славный, маленький, пушистый! Слушай внимательно. Когда я умру, они все равно придут сюда, чтобы убрать меня, а ты постарайся выбраться? Понял? Ты все понял? Не смотри на меня так! Мама любит тебя! Помни об этом!
Меня трусило, а я видела, как сеть паутины покрыла грудь, расползаясь по шее. Нужно думать! Нужно выбираться! Собравшись с силами, я встала, ощупывая стекло и пытаясь боком разбить его, но ничего не вышло, а локоть гудел от боли.
— Тля! – не выдержала я, снова пытаясь разбить собой стекло. Я напоминала ту бабочку, которая бьется об оконное стекло, в надежде вылететь на улицу."
"— Мама! – послышался голос Павлика, а я обернулась, глядя на то, как внутри нашего аквариума расползается тьма. Он мчался ко мне, а я сползала спиной по стеклу, ловя мышонка и прижимая его к груди. Не отдам!
— Чего тебе? – спросила я, сглатывая и глядя на тьму, которая клубилась рядом.
— Моя дочь меня ненавидит, — послышался уставший голос тьмы, а я устало смотрела на нее, пытаясь сделать так, чтобы почерневшие от проклятия руки не дрожали так сильно. – Моя дочь меня ненавидит… И это правда… Моя месть была напрасной… Я хочу уйти. Уйти навсегда… И мне нужен наследник, чтобы передать ему свои силу и обрести покой… И этим наследником станешь ты.
Я смотрела на клубы тьмы, которая растекалась по аквариуму.
— А просто вытащить нас ты не можешь? – спросила я, понимая, что однажды уже загадала желание лепрекону! Спасибо, но это навсегда у меня отбило охоту доверять магической халяве.
— Нет, мне нужен наследник… — вздохнула тьма, а я почувствовала, как Павлик заерзал на руках, а потом выскользнул на подол порванного платья.
— Куда! – возмутилась я, пытаясь его удержать. – Ты куда собрался? Мама запрещает! Не подходи к нему!
— Если я соглашусь пожертвовать собой, то я смогу вытащить маму отсюда? – спросил мышонок, становясь на задние лапки. – Смогу?
Тьма смотрела на мышонка, а тот бесстрашно стоял между мной и тьмой.
