Разумеется, Ванесса и Нейтон нас проигнорировали, посчитав забаву детской, но остальные дети с восторгом приняли мою идею сделать игрушки из яичных скорлупок. Огастин принес краски, Черити и Мерси притащили ворох лоскутков, пригоршню бусинок и прочие «сокровища», которые найдутся у каждой девочки, а Логан вооружился перочинным ножом и принялся мастерить петельки для игрушек из суровых ниток, которые нашлись у Джоджо. В разгар работ появился Эйбел, держа корзину еловых шишек и кусок столярного клея.
— Если смазать шишки клеем, — объяснил он, — и присыпать солью, получится снег — совсем как настоящий. А уж соли в этом доме хватит, — он подмигнул мне и уселся рядом. — Я тоже хочу делать игрушки. Где мои яйца, Лиззи?
— Скорлупки в чашке, — проигнорировала я его двусмысленности. — Пришли помогать — так не мешайте, мастер Эйбел.
Мы делали украшения на ёлку из сухих долек лимона, из шишек, припорошенных соляным «снегом», расписывали скорлупки — как кому подсказывала фантазия. Логан решил сделать цыпленка и высунув от усердия язык приклеивал на выкрашенную скорлупку клювик из красного бархата и черные бусинки-глаза. Близнецы раскрашивали скорлупки какими-то колдовскими узорами — красными, зелеными, синими, и я впервые видела их такими увлеченными. Черити пыталась сделать принцессу, но у неё не хватало терпения, и после очередных капризов я занялась мастерить шелковую юбочку и крохотную корону из фольги под чуткими указаниями маленькой барышни Десинд.
Эйбел тоже не остался в стороне и вскоре продемонстрировал мне свою «игрушку». Он смастерил из яйца голую девицу, подрисовав на скорлупке груди и даже мысок внизу. Я выхватила этот позор и раздавила в ладони, пока младшие не увидели. Эйбел ничуть не обиделся и хохотал над моим гневом до слёз.
— Вы уверены, что достаточно взрослый для поездки за море, мастер? — сердито спросила я у него. — Может, вам ещё рановато думать о взрослой жизни? Ведь шутите вы, как прыщавый юнец.
— Ладно, не ворчи, матушка Лилибет, — сказал он примирительно. — Вот когда я стану старше, ты посмотришь на меня совсем по-другому.
— Я упаду в обморок от страха, когда увижу бородатого, неопрятного пирата, у которого будут желтые зубы от курения и мозоли на ладонях, как коровье копыто, — ответила я ему в тон.
— Я буду учиться навигации, — сказал он, и глаза у него заблестели совсем как у отца. — И стану капитаном.
— Бог в помощь, — ответила я, взъерошив ему волосы.
Глава 19
Это были чудесные, волшебные дни. И даже Корнелия не могла испортить мне предпраздничного настроения. Впрочем, девица больше не сплетничала, и вела себя тише воды, ниже травы, а я убедила себя, что нет смысла жаловаться на неё господину Десинду.