Побродив между гербер и орхидей, я остановилась у каменной чаши, куда тонкой струйкой беспрерывно стекала вода. Мраморная статуя, изображавшая девушку, нечаянно разбившую кувшин, виделась неясным белым пятном, наполовину закрытая ветвями какого-то дерева, похожего на иву.
Я стояла рядом с фонтаном и думала, что этот дом очень красив, но тут не слышно моря. За время проживания в Монтрозе я уже привыкла к шуму прибоя, и к свету маяка, который горит каждую ночь, упорно, без отдыха…
В зимний сад вошли двое, и я невольно отступила в темноту, скрывшись под листьями-веерами. Не хотелось бы потревожить трепетных влюбленных, которые нашли укромный уголок, чтобы пошептаться всласть и, если наберутся смелости, поцеловаться. Может, мне удастся тихонько ускользнуть…
— Ну и о чем мы будем говорить, Хизер? — раздался вдруг такой знакомый голос — низкий, по львиному порыкивающий.
— О чем ещё говорят ночью, в саду, у фонтана, как не о любви? — ответил ему другой голос — женский, нежный, звучный.
К фонтану подошли господин Тодеу и госпожа де Монтальви. Пол закачался под моими ногами, но вовсе не от любовного угара. Надо немедленно сказать, что я здесь. Или убежать, чтобы ничего не слышать… Но я продолжала стоять, никем не замеченная, а госпожа де Монтальви — Хизер — продолжала:
— Я вернулась только ради тебя, Тодо. Как только стала свободной, так и вернулась. Ты ведь тоже свободен? Амалия сказала мне, что ты вдовеешь уже семь лет… Не пора ли с этим покончить?
В саду стало так тихо, что журчание фонтана показалось мне оглушительным. Было похоже, что мы с дамой Монтальви одновременно задержали дыхание, ожидая, что ответит господин Тодеу.
Тодо. Она тоже называла его Тодо. Как господин Хэмстер, как госпожа Бонита. Значит, эта дама имеет такое право? Знает моего хозяина давно? Или их связывает что-то, о чем я не знаю?
— Вы правы, пора с этим покончить, — сказал он, и я почувствовала, как земля окончательно выходит из-под ног.
Конечно, он считает меня служанкой, преступницей, пусть даже подарил платье… пусть защищал… как мог защищал…
— Что было — прошло, — произнес тем временем господин Тодеу. — И вспоминать прошлое нет смысла. Я вам не пара, и вы сами это знаете.
Я встрепенулась, хватая ртом воздух, и дама Хизер, похоже, тоже встрепенулась, потому что я услышала, как зашуршало её платье. Отведя немного листья, я увидела их обоих — моего хозяина и эту траурную Хизер. Они стояли возле фонтана. Женщина смотрела на господина Тодеу, а он очень задумчиво наблюдал за водой, сбегавшей из кувшина статуи в каменную чашу. Совсем как я только что.