В новогоднюю ночь она выходит на мокрую улицу, где дрожат огни рождественских елок и тихо шуршит холмистый город. Темнота сгустилась, но свет фонарей не помогает различить фигуры, готовых накинуться на привидение. Гвардейцы словно вымерли в подъезде, а Фея чувствует их недоверие и страх перед темным призраком....
А я почти бегом вернулась к лавке, куда скрылся бывший учитель, и осторожно толкнула тяжёлые двери.
Мастер Берт сидел на перевёрнутой бочке, понурившись, и держал на коленях рыжую кошку, рассеянно поглаживая её. Кошка громко мурлыкала и щурила от удовольствия глаза.
— Спасибо, что спасли Буссоль, — сказала я, подходя к учителю, и он с надеждой вскинул голову, соскакивая на пол.
— Сударыня Белл! — выдохнул он.
— Верните кошку, — строго произнесла я, — и у вас есть две минуты, чтобы объясниться.
— Если ничего не собираетесь покупать, — заворчал торговец, — то идите болтать на улицу.
— Уже уходим, — ответила я, не взглянув на него, и забрала кошку из рук мастера Берта.
Оказавшись на улице, мы некоторое время шли вдоль сырных рядов, где справа и слева от нас мальчишки-зазывали приглашали зайти и купить самый лучший товар на этом побережье. Острый запах сыра смешивался с дымком от костра, где предприимчивые торговцы разогревали в жаровнях зачерствевшие булочки, накрытые ломтями сыра.
— Хотите сырную булочку? — предложил мастер Берт.
— Нет, — коротко ответила я.
Он опять понурился, тяжело вздохнул и сказал:
— Могу я спросить, как чувствует себя старшая барышня Десинд? И могу попросить вас… передать ей небольшое письмецо?
— По-моему, вы растеряли остатки совести, мастер Берт, — ответила я холодно. — Вы повели себя недостойно, чуть не скомпрометировали Ванессу, а теперь пытаетесь подкупить служанку, чтобы продолжить свои амурные дела? Вынуждена вам отказать.
— Вот какого вы мнения обо мне, — он ещё ниже повесил нос, и даже русые пряди, высовывающиеся из-под шапки, казалось, уныло обвисли.
— Будете утверждать, что я не права?
— Правы, — покорно кивнул он. — Но не совсем. Я не хотел никому причинять вреда, поверьте, сударыня. Через месяц Ванессе исполняется восемнадцать, и мы хотели пожениться.
— Пожениться? — я остановилась и резко развернулась к нему. — А её отца вы спросили, что он об этом думает?
— Зачем спрашивать? — мастер Берт поднял голову и взглянул на меня в упор. Глаза у него были светлыми, прозрачными, и зимнее солнце добавляло им искристости и глубины. — Будто вы не знаете, что он ответит. У меня в копилке всего десять золотых, и работа судебным секретарем с окладом в две серебряные монеты в месяц.
![Обложка книги Моё шустрое рыжее счастье [СИ]](/uploads/posts/images/7/moio-shustroe-ryzhee-schaste-si.jpg)