В новогоднюю ночь она выходит на мокрую улицу, где дрожат огни рождественских елок и тихо шуршит холмистый город. Темнота сгустилась, но свет фонарей не помогает различить фигуры, готовых накинуться на привидение. Гвардейцы словно вымерли в подъезде, а Фея чувствует их недоверие и страх перед темным призраком....
— Принесли мне счастье…
Волшебство пропало, словно его и не было, и последних слов хватило, чтобы на смену головокружению пришла трезвая рассудительность.
— Остановитесь, — сказала я резко и оттолкнула господина Тодеу. — По-моему, кое-кто здесь сошел с ума, — я судорожными движениями убирала под чепец выбившиеся пряди, а сама думала: «Если кто и сошел с ума, то именно ты, Миэль! Забыла об осторожности, о тайне… обо всём забыла!..».
Я чувствовала, что хозяин на меня смотрит, но не могла заставить себя поднять на него глаза.
Поцеловать!..
Меня бросило в жар от одних воспоминаний о том безумстве, участницей которого я только что стала… или могла стать…
— Намекаете на меня? — спросил господин Тодеу негромко. — Что ж, вы правы. Рядом с вами недолго свихнуться.
— Это не моя вина, — быстро произнесла я, сильно и свирепо затягивая вязки чепца.
Да, самое время обвинить меня в том, что произошло. Я ворвалась в его комнату, застала голым, потом ещё кокетничала и позволяла себя целовать.
— Конечно, это не ваша вина, — услышала я голос хозяина. Он говорил угрюмо, но без злости. — Это я виноват. Простите меня.
Тут мне стало смешно, несмотря на опасность и неоднозначность ситуации.
— Такого больше не повториться, — подсказала я хозяину, тайком косясь на него.
Некоторое время он молчал, а потом сказал:
— Я постараюсь, чтобы такого больше не повторялось.
— Верю, — тут же отозвалась я.
Мои слова приободрили его, и он стремительно шагнул по направлению ко мне, теряя на ходу пояс от халата.
— Мне показалось, вам тоже нравилось… — начал хозяин, но я выставила вперёд ладони, приказывая ему остановиться.
— Оденьтесь, — попросила я дрожащим голосом, хотя и старалась говорить твёрдо. — Если кто-то зайдёт…
Господин Тодеу остановился и нахмурился, запахивая на себе халат.
"— Если помните, — я глубоко вздохнула, призывая себя к спокойствию наедине с этим мужчиной, — мы разговаривали о вашей старшей дочери. Что вы решите с Ванессой? Разве ваша дочь не заслуживает права на любовь? И если вы считаете, что правильнее будет разлучить юных влюблённых, то почему до сих пор злитесь на госпожу Хизер? А ведь судя по вашим рассуждениям, она поступила совершенно правильно, выбрав в мужья не вас, а деньги.
![Обложка книги Моё шустрое рыжее счастье [СИ]](/uploads/posts/images/7/moio-shustroe-ryzhee-schaste-si.jpg)