В плененных бараках и захолустных узлах мир катился к своему безмолвному земляном могиле. Я сидела на холодной койке, прижимаясь к стене, как отброшенная детеныш среди трепаков. Память не желала помнить точный возраст — пять лет? меньше?.. Взглянув в глаза отцу, тот был словно живым демоном: постоянно хмурый, но холодным взглядом давил тьму и страх....
И все же он изредка постанывал и звал Виру. Меня. Горячечный бред хозяина заставлял меня бежать со скоростью света.
- Потерпи, осталось совсем немного. Скоро мы все будем в безопасности, - утешала я то ли себя, то ли Дэва.
Забитый спасенными эмпатами десантник едва успел отойти на достаточное расстояние от корабля-убийцы, как грянул взрыв. Вещественное доказательство полыхнуло и разлетелось на тысячи осколков. Но я все равно была рада. Ведь вместе с кораблем сгинула в небытие и дьявольская установка Ферруго. А я обязательно позабочусь о том, чтобы он не создал новую.
Дэв так и не пришел в сознание. Он метался у меня на руках из стороны в сторону и выкрикивал что-то нечленораздельное. Но я держала крепко, не позволяя ему причинить себе вред. Больше всего на свете мне хотелось содрать ненавистную пластину с его лба, казалось, будто она все еще выкачивает из него эмпатический дар. Но я не решалась из страха сделать только хуже.
Ко мне неслышно подошел «птенец» и протянул инъекцинатор:
- Это обезболивающее, должно помочь.
Я поблагодарила товарища кивком головы и приняла продолговатый коробок. Закатала Дэву рукав на неповрежденной руке, приложила инъекцинатор к вене. Хозяин дернулся в слабой попытке сопротивляться, но я не позволила ему стряхнуть с себя посторонний предмет. Послышалось легкое шипение, и обезболивающее попало в кровь пациента.
- Вот так, - утешила я Дэва, отнимая от его руки инъекцинатор. - Сейчас будет лучше. А когда доберемся до Ганона, подданные Малыша помогут тебе окончательно восстановиться.
- Неужто и мне?.. - недоверчиво воскликнул сидящий рядом со мной эмпат. Один из многих спасенных.
Я глянула на его ногу, поврежденную сразу в нескольких местах. Судя по всему, у страдальца началась гангрена и уже то, что он столько времени протянул в таком состоянии и при этом остался в здравом уме - само по себе чудо.
- Своими глазами видела человека, воскресшего из мертвых, - заверила я страдальца.
И я протянула ему инъекцинатор.
- Ну, нет, - неожиданно отказался он. - Боюсь, если перестану чувствовать боль, то потеряю сознание и умру. Столько вынес, потерплю и еще чуток.
- Как знаешь, - не стала я возражать.
Провела рукой по темным волосам Дэва, коснулась его щеки. Едва удержалась, чтобы не всхлипнуть. Все, что мне сейчас было нужно и важно - чтобы он жил.
