В плененных бараках и захолустных узлах мир катился к своему безмолвному земляном могиле. Я сидела на холодной койке, прижимаясь к стене, как отброшенная детеныш среди трепаков. Память не желала помнить точный возраст — пять лет? меньше?.. Взглянув в глаза отцу, тот был словно живым демоном: постоянно хмурый, но холодным взглядом давил тьму и страх....
.
- Ты права, пусть сам выберет, что для него лучше, - закончил за меня Дэв. Легко коснулся моих губ и отпрянул, не решаясь на большее. - Я обещаю навещать его как можно чаще, но при этом не выдавать местоположение Погонщиков.
Я печально покачала головой.
- У тебя теперь слишком много обязанностей, ведь ты - Император. И не можешь надолго покидать резиденцию.
- Я нашел отличный способ путешествовать и при этом оставаться на троне, - хохотнул Дэв.
- Как? - мои глаза загорелись от любопытства.
- Знаешь, иметь двойника - не так уж и плохо.
- Ты и ему сохранил жизнь? - не поверила я своим ушам. - И оставил его во дворце?
Дэв выпрямил спину и напустил на себя важности.
- К чему плодить мучеников. На место одних заговорщиков всегда приходят другие, но умение управлять ими приносит неплохой результат.
- Скорее уж пинок под зад, - не выдержала я. - Что стало с Наином, главным заговорщиком?
Дэв снова посерьезнел.
- По просьбе Аделии, я заменил смертную казнь пожизненной ссылкой. Теперь Наин вместе с бритоголовыми работает на Карбо, под бдительным присмотром местных колонистов.
- Почему именно эта планета? - приценилась я.
Глаза Дэва полыхнули ненавистью.
- Они так хотели посетить Карбо, и я любезно предоставил им эту возможность.
Мне была безразлична судьба тюремщика. Я заглянула Дэву в глаза и решилась задать главный вопрос:"
"- Что стало с твоим отцом? Мы редко покидаем базу и бываем только в отдаленных колониях. По слухам, Ишар Второй серьезно заболел и тронулся рассудком. Это так?
Дэв нахмурился и тяжело вздохнул.
- Известие о том, что он пленил собственного сына, стало для отца настоящим ударом. Мне не пришлось ни судить его, ни заточать в темницу. Он сам наказал себя так, как не смог бы никто. После сердечного приступа отец загремел в клинику и пребывает там по сей день. Даже волшебное снадобье с Ганона не вернуло ему рассудок.
Не скажу, что мне было жаль Ишара Второго, и я предпочла промолчать. А вот за последнюю фразу зацепилась.
