Автор
Толкнули события, как резкий привкус горчицы. Потом взяла себя в руки, понимая, что нужно сохранять спокойствие и здравый смысл. Выдавила слабую улыбку и старалась придать глазам весеннее сияние. – Ах, как приятно! Приятности не было ни одной, но ей все же хватило мужества показать окружающим свою радость, словно это было оправдано....
Мне нужно есть много, осторожно и калорийно – чтобы было хорошее молоко, чтобы его хватало. Все только полезное – не приведи бог того, что может тебе навредить! Например, капуста. Или огурец. Или – виноград, апельсин! Аллергия! Яблоко – только зеленое. Красное – ни-ни! Сладкое тоже нельзя – вдруг диатез? Мне нельзя ничего такого, что вредно тебе.
И мне это нравится! Хотя я – жуткая сластена, жуткая!
Мама настаивает, что мне надо литрами пить чай с молоком! Лит-ра-ми! Улейся, а пей!
А я его ненавижу! Пожалуй, нет ничего такого, что бы я не любила сильнее! Бр-р-р-р!
Но пью! Противно, конечно, только так нужно тебе! А значит, не обсуждается, точка.
Господи! Да что чай с молоком! Я бы… я бы змею без шкуры сжевала! Или – дохлую жабу, если тебе это было бы нужно.
Интересно – я такая одна? Мне иногда кажется, что у меня что-то с головой. Или – так у всех мамочек? Я не знаю. А спросить стесняюсь. Да и у кого? Мама надо мной посмеется – я уверена в этом. Мама вообще такая… Резкая и насмешливая. А больше спросить не у кого… Я бы спросила у бабушки Оли, но ее уже нет…
У Лили детей нет и, наверное, не будет.
Не у кого спросить. Да и неловко. Вдруг я и вправду – чудная, ненормальная?
Ладно, что об этом думать? Главное – что я счастлива! Абсолютно счастлива, впервые в жизни. У меня есть мой сынок.
Ох, только бы поспать, хотя бы немножко.
Но подменить меня некому: мама работает, готовит еду, ходит по магазинам, стирает и гладит. И еще убирает квартиру. Мы с Мишей, конечно, очень стараемся ей помочь. Но – получается плохо, увы…
У Миши руки растут из «задницы», как говорит мама. Она только и просит его: «Ради бога, ни за что не берись! Мне потом отмывать, убирать и все прочее. Не усложняй мне жизнь!»
Миша делает вид, что обижается, но, мне кажется, он все же чертовски рад – тут же бросается к своим книгам и записям.
Я очень стараюсь, честно! Но то плачет Митька, то его надо кормить, то поменять пеленки, то уложить спать. То погулять. Можно и на балкон, но мама против балкона – а вдруг кто-то сверху сбросит окурок? Он засыпает, и мне хочется рухнуть мгновенно, тут же, рядом с ним, хоть на ковре. Но я иду чистить картошку или варить суп.
Мне очень хочется помочь маме, но картошка у меня выкипает и пригорает, суп я пересаливаю и забываю положить туда лук и морковь.
