— И сразу после того, как… как будут утрясены все формальности с нашим браком, мы сможем, разумеется, вернуться домой, и ты заберешь свои вещи…
— Твой дом теперь в другом месте, — с недетской жестокостью оборвал меня брат. — Ты скоро будешь не Толбот, а Норфолк. Ты должна называть домом особняк герцога.
Его выпад заставил меня скривиться и сжать губы.
— Зачем ты это устроила⁈ — стиснув кулаки, он повернулся ко мне лицом, и я увидела то, что он так старался скрыть, когда прижимался к стеклу.
По щекам у него были размазаны слезы.
— Зачем тебе понадобился в мужья герцог⁈ — выкрикнул он.
— Потому что благородной леди положено выходить замуж, — я старалась сохранять спокойствие, но мой голос начал дрожать.
Посвящать его в тонкости наших договоренностей и во все то, что им предшествовало, я, конечно же, не собиралась.
— Лучше бы ты отдала толстяку отцовские изобретения, и он бы от нас отстал! И никуда бы меня не отправил, и я бы смог жить в нашем доме! А теперь герцог точно ушлет меня подальше с глаз!
— Уильям, да что ты такое говоришь! — я порывисто поднялась с кровати и сделала два шага по направлению к нему, но он отшатнулся прочь. — Его светлость дал мне слово, что не станет отсылать тебя в пансион. Ты будешь жить с нами до своего совершеннолетия…
— Он тебя обманет! — мои слова отчего-то еще сильнее обозлили Уильяма. — И вообще! Отец даже не был тебе отцом! Ты не моя сестра взаправду! Это я, я должен решать, что делать с наследством! Со всеми бумажками! А не ты…
Он выдохся и замолчал, тяжело дыша. В его глазах я увидела слезы вперемешку с гневом. Я прикусила губу и покачала головой. Ох, как же чесалась ладонь подскочить к нему и влепить пощёчину.
Но я не сэр Джон, я не стану бить ребенка.
Тем более чем дольше я его слушала, тем четче понимала, что он повторял чужие слова. Которые кто-то вложил ему в голову, пока я почти не бывала дома, пытаясь нас спасти.
Говорил он, но из его уст лились ядовитые речи Элоизы.
— Вот что, — произнесла я как можно спокойнее, хотя крылья носа трепетали от распиравшей меня злости. — Ложись спать. Мы поговорим обо всем утром.
— Не хочу! — дернулся он как-то обиженно.
— Как угодно, — я пожала плечами и отвернулась от него.
В постель я легла в одежде поверх покрывала. Меня колотил озноб: смесь усталости, недосыпа и гнева. Я думала, что не засну, но сон пришел ко мне в считанные мгновения, едва голова коснулась подушки.
Я спала крепко и долго: не почувствовала, как нехотя Уильям все же улегся на другой стороне широкой кровати, как взошло солнце, и его лучи проникли в спальню сквозь неплотно прикрытые шторы, как брат проснулся и вскочил, как выскользнул из комнаты…
Разбудили меня громкие голоса, доносившиеся с первого этажа. Какие-то крики, шум, кажется, даже возня.