Но они не знали, что для затягивания пересчета сыщики специально подобрали мелкие кредитные билеты в один и три рубля.
Агенты застыли по обе стороны двери с револьверами на изготовку. Корнеев постучал.
— Кто там? — послышался глухой голос из-за двери.
— Дворник Пантелеев! — ответил бодро Корнеев. — Ваша милость, срочно покиньте квартиру. Огонь, того гляди, на лестницу перекинется.
— Пожар, что ли? — поинтересовался все тот же голос.
— Аль не чуете? — В свою очередь спросил Корнеев. И пригрозил:
— Я вас уговаривать не буду! Если через пять минут не выйдете, я ухожу. Помирать из-за вас не собираюсь.
Двери распахнулись, и вместе с клубами дыма в комнату ворвались агенты сыскной полиции. В доли минуты на находившихся в приемной четырех «жандармов» и женщину надели наручники, обыскали. Все они были вооружены, и, если бы не стремительность полицейской атаки, вполне могла бы вспыхнуть перестрелка.
Иван ногой распахнул дверь и первым влетел в «кабинет». Алексей и Корнеев следом. Высокий человек в новом сюртуке и галстуке-бабочке занят был тем, что пересчитывал и раскладывал по кучкам кредитные билеты.
Он с недоумением поднял голову, и в следующее мгновение его физиономия перекосилась, он оттолкнул от себя деньги и яростно завопил на Мейснера:
— Ах ты, жидовская морда! Покупать меня вздумал? Взятку давать? Убирайся, тварь пархатая!
— Чего орешь, Гиревич? — Иван опустил револьвер дулом вниз и вразвалку подошел к столу. — Кому нужно твою рожу покупать? С какой стати тебе взятки давать? Я бы сам кому-нибудь взятку дал, чтобы мурло твое отвратное больше не видеть!
— А ничего не докажете! — Гиревич потряс ладонями. — Смотри, легаш! Чистые ручонки! Ничего к ним не прилипло!
— Ах ты, радость моя! — умилился Ива». — Ничего не прилипло, говоришь? Но это как сказать! Следы пальчиков твоих и на портфеле остались, когда ты деньги доставал, и на самих кредитках. Это — раз! К тому же ассигнации покрыты специальным составом, который светится в темноте. Это — два! Хочешь посмотреть, как ты светишься? Чище рождественской елки!
— Что ты гонишь, легаш? — не сдавался мошенник. — Какой еще состав?
— Химический! — спокойно ответил Иван и приказал:
— Затем, что иллюминацию смотреть будем.
Гиревич неохотно стянул сюртук. Иван накрыл им мошенника и себя с головой.
— Видишь? — раздался голос агента.
— Вижу, — последовало тоскливое из-под сюртука.
Иван выглянул наружу и подозвал Алексея.
— Иди посмотри, как этот господин отсвечивает.
Алексей заглянул.
