И если хочешь обрести бессмертие, стань молнией, которая рассечет спираль!
— Вы знакомы с теорией «Процесса»? — спросил парень.
— И даже — с ее автором, Игорек.
— Откуда вы знаете мое имя?
— Ты ведь Игорь Болотников, верно?
— И твой отец был убит Роем?
— Каким Роем? Мой отец умер от фронтовых ран два года назад. Зашевелился осколок в сердце.
— И все же, что тебя связывает с этими уродами, Игорек?
— А вы, собственно, кто такой, чтобы спрашивать?
— Моя фамилия Данилов. Я учитель физкультуры, а заодно — классный руководитель восьмого «Г» класса. Слыхали о таком?
— Да, это экспериментальный класс.
— Вот. А еще я бывший муж Илги Артуровны Шульц, по отцу Третьяковской.
— Разве Илга была замужем?
— Мы не были расписаны.
— Ну раз ты знаешь об экспериментальном классе, значит и должен знать, что эти твои уродцы претендуют на моих пацанов. Учти, я этого не позволю. Понадобится — всех передавлю, как мух.
— Да брось ты! — отмахнулся, тоже перейдя на «ты» Болотников. — Это все бредни Осы. У него мания величия. Не скрою, меня очень интересуют удивительные способности ребят, но никакого мирового господства и прочих бредней — чистая наука.
— Верю, — кивнул я. — Только почему — в этих вонючих подземельях? Наука — это светлые лаборатории, тихие кабинеты…
— Для моей науки лабораторий пока не предусмотрено. Приходится заниматься кустарщиной, на свой страх и риск.
— А хочешь, я тебе устрою лабораторию наверху? Даже зарплату буду платить.
— Щедрое предложение. А на каких условиях?
— Условие одно, чтобы всех этих Ос, Комаров и Жуков духу не было рядом с моими пацанами.
— Хорошо. Я подумаю.
— Ну тогда номерок запиши и проводи наверх.
— А наверх тут подняться проще простого, — сказал он. — Заходишь в лифт, отжимаешь рукоять вниз.
— Да. Причем, конструкция гениальная — механическая, на противовесах.
Мы вышли из помещения. Игорек проводил меня до еще одной металлической двери. За нею оказался продолговатый, стоящий торчком ящик. Вроде шкафа. Внутри тлела лампочка, освещавшая красный рычаг и две стрелки — вверх, вниз.
— До свидания! — сказал мой спаситель. — Рычаг вниз! А когда поднимешься — дерни вверх.
Он захлопнул дверь. В ящике зажглась лампочка. Я отжал рычаг вниз. Лифт дернулся и действительно пополз вверх. Полз он довольно долго. Наконец заскрежетало что-то, кабину тряхнуло и она встала. Опасаясь, что эта гениальная конструкция могла застрять, я потянул створки двери на себя. Хлынул неяркий свет. Я выглянул наружу. Осмотрелся.