Я бросился на крик вместе с военруком и всей толпой мальчишек. Одна из пионерок вопила: "Змея-змея-змея!", указывая пальцем вперед. В прозрачной осенней траве действительно двигалось что-то черное и длинное. Все замерли, но рыжий сын милиции метнулся, схватил змею за голову и вытащил из рыхлой земли. Посторонился, глядя на пацана: "Эх ты, дура, это же жук не кусается!"...
В темной прихожей не видно было ни зги.
— Эй! — окликнул я. — Есть кто дома?.. У вас дверь не заперта!
Голос мой гулко отозвался в пустоте. Я сделал осторожный шаг вперед и тут же стукнулся коленкой о какое-то препятствие. Зашипел от боли и принялся ощупывать помеху руками. Похоже, я наткнулся на опрокинутую этажерку. Какой же я идиот! Сразу надо было сообразить, что квартира пуста, жильцы съехали. Да и судя по запаху, который я сгоряча не почувствовал, сюда захаживали желающие опорожниться, но стесняющиеся сделать это на улице.
Нет, надо поступить более рационально. А именно — ломиться только в двери тех квартир, окна которых освещены. Я вышел во двор, посчитал количество желтых прямоугольников и их расположение. Недостаток этого плана заключался в том, что я не знал выходят ли окна квартир только на одну сторону дома? Во всяком случае, в том подъезде, где я уже обмишулился, светилось только одно фасадное окно — на втором этаже. И я решил сначала постучаться в квартиру, которой оно могло принадлежать.
Вернувшись в темный подъезд, я поднялся по скрипучим деревянным ступеням и подошел к двери, за которой предполагалось наличие живых людей. На втором этаже было светлее, ибо площадка освещалась одной слабенькой лампочкой. Обнаружилась и кнопка звонка. Я нажал на нее и услышал отдаленную трель. Через несколько мгновений послышался и голос, кажется, спрашивали «Кто там?». Глупо орать через дверь, но отступать было поздно.
— Простите! — как можно громче произнес я.
Приложил ухо к филенке, чтобы расслышать ответ и до меня донеслось: «…ая проку… тура?..». Повторять вопрос я не стал. Ясно, что скорее всего Илги в этой квартире нет. Надо попробовать постучаться в другие двери. Насколько я заметил, у второго подъезда было больше освещенных фасадных окон, если я, конечно, не ошибся с их принадлежностью. Несмотря на фиаско с двумя квартирами, нужно было попытать счастья с остальными. Я повернулся к неотворившейся двери спиной и шагнул к лестнице.
— Саша?
Я обернулся. Илга. В плащике и шляпке. Точно такая же, какая уходила утром. А я чего ждал? Что она будет все в засосах, с размазанной косметикой и в помятом платье?.. Разогнался! Если баба тебе изменяет, по ее внешнему облику ты этого никогда не узнаешь. И в глаза смотреть бесполезно. Они будут кристально чисты и непогрешимы.
