Вдруг сзади раздается мощный шлепок об маты, а следом скрежет и удар металла о пол.
Я поворачиваюсь и внутри от увиденного просто всё сковывает льдом.
На полу лежит распростертая Сэл, а сверху над ней железный кран, к которому крепилась страховка.
От ужаса у меня останавливается сердце, но я рвусь к ней, что есть мочи."
"Рабочие уже снимают с неё эту гребанную железяку. Я помогаю. Подскакиваю к ней. Первое желание — взять и унести её с этого кошмарного места. Но меня кто-то хватает за руки и говорит:
— Нельзя! У неё может быть сломан позвоночник, до приезда врачей трогать не положено.
— Тогда вызывайте! — отчаянно кричу на него.
Внутри всё сжимается от безысходности. Перелом позвоночника… Я знаю, что это. Пусть у меня была лишь трещина после аварии, и то сейчас без постоянных физических нагрузок я буду мучиться болями в спине, как Стаська, которая из спортзала не вылезает просто.
К уху Сэл стекает тонкая струйка крови. Я провожу рукой по её голове. Чуть выше лба в волосах небольшое рассечение, ударило краем конструкции.
Минут через пять приезжает скорая. Сэл грузят и увозят в больницу. Мне с ней не разрешают поехать, говорят только название госпиталя.
Я мчусь туда сам. По пути звоню Мишке, он приезжает в больницу уже спустя пять минут после меня.
— Что говорят? — озабоченно спрашивает, переводя дыхание, похоже, бежал.
— Ничего. Закрытая черепно-мозговая. Других внешних повреждений нет. Маты смягчили удар. Сейчас её врачи осматривают.
— Может и ничего страшного, — пытается меня успокоить.
— Может быть, но пока не скажут точно, как- то не легче… — прячу лицо за руками.
Страшно… Очень страшно…
Мы ждём почти два часа, прежде чем к нам выходит доктор.
— Как она? — кидаемся я к нему.
— Черепно-мозговая травма. Кости целы, у неё крепкий скелет. Рана на голове тоже не глубокая, наложили четыре шва. Но всё равно существует опасность распространения отёка мозга из-за внутренней гематомы. Мы хотим ввести её в медикаментозную кому. Для этого нужно согласие близких родственников. Мы связались с мужем.
— Каким ещё мужем? — рявкаю я. — Она в разводе.
— В документах указан контактным лицом он, — с металлическими нотками в голосе проговаривает врач.
— Каких документах?
— Успокойся, Алекс! — хватает меня за плечо Мишка и сильно надавливает. — Медицинская страховка, там указывают человека, кому первому в случае необходимости нужно позвонить и если он является близким родственником, то и решения принимает он. Обычная процедура. Она забыла поменять имя.
