На пороге стоял крупный толстый подросток с полусонной физиономией, покрытой бесчисленными пылающими прыщами. Подросток окинул посетителей равнодушным взглядом, ничего не сказал, развернулся и поплелся по темному коридору в глубь квартиры.
– Здравствуйте, молодой человек! – проговорил Леня в удаляющуюся спину, но ответа не последовало.
Зато из-за ближней двери донесся звук низвергающейся воды, после чего дверь распахнулась, и в коридор, поспешно вытирая руки, выскочила женщина средних лет, удивительно похожая на удалившегося подростка. Она была такая же рыхлая, бесформенная, только, в отличие от Миши, ростом явно не удалась.
– Дарья Васильевна? – осведомился Маркиз, сделав вид, что справляется с записью. – Дарья Васильевна Интересова?
– Да, – опасливо призналась женщина, продолжая вытирать руки и приглядываясь к гостям. – Значит, все-таки она нажаловалась? Так я и знала!
– М-да… – ответил Маркиз неопределенно, не желая раньше времени открывать карты и надеясь, что женщина сама подскажет ему следующий ход.
– Ведь обещала же, что не будет шум поднимать! – проговорила Дарья Васильевна. – Ну что такого случилось? Подумаешь, большое дело! Ну, пошутил ребенок! Ну, засунул кошку в мотор! Так ведь не сломалась же машина и кошку достали! Не сдохла ее кошка! А она сразу – в детскую комнату милиции! Ну зачем это нужно? Ничего же не случилось! Просто Мишенька мой пошутить любит… остроумный он, чувство юмора у него такое…
– Странные у него шутки! – Маркиз, уловив тему, ловко включился в разговор. – Вы знаете, что есть такая статья – «жестокое обращение с животными»? Между прочим, эта статья предусматривает очень серьезные наказания!
– Ой, ну что вы говорите! – Дарья Васильевна махнула рукой. – Тоже мне, животное! Была бы кошка породистая, так я понимаю, а это ведь дрянь полосатая! Таких в каждой подворотне двадцать штук наберется! И из-за такой пакости хорошему мальчику неприятности надо устраивать? Приличным людям жизнь портить? Это когда он в прошлом году с собачкой Николая Ивановича пошутил, кирпич к хвосту привязал – это, понятное дело, нехорошо. И собачка породистая, и Николай Иванович человек солидный, уважаемый… тогда я его еле уговорила, чтобы забрал заявление. А тут-то – есть о чем говорить! Тоже мне, животное! Ей самое место на помойке…
– В законе, между прочим, про породу ничего не сказано, – вступила в разговор молчавшая до сих пор Лола.