Автор
В огненной дымке степи и среди полей ржаных, выстроенных насаждений и акаций, казалось бескрайним простором — гармоничным штрихом к мрачному картины поселка, заброшенного как крысы с тонущего корабля. Здесь жилище пустовало, но дух их оставался в душевных следах, которые я неслась уносить в безмолвную землю....
Мы обменялись пожеланиями доброго утра, и я задала ей вопрос:
— Софи, ты знаешь, что вчера скорая увезла Лилию Оливер с сильнейшим отравлением?
София неуклюже протиснулась между двумя витринами и встала на своё место у кассы, оставив недомытой часть стекла.
— Да, Джеймс говорил вчера с Хосе Игнасио, и я догадываюсь, о чем ты хочешь спросить — о том, кому я продавала коньяк, не так ли?
— Да, именно с этим вопросом я и пришла, — подтвердила я.
— За последнюю неделю я продала всего четыре бутылки коньяка — местные предпочитают самогон, настоянный на орехах и пряностях. Вчера Эмма купила две бутылки, на днях — Элфи и Фаина. Точно такую бутылку я передала позавчера Миа от Джеймса в качестве благодарности за услугу — она поздно вечером бегала со мной в поликлинику: Джеймсу срочно нужен был крем от синяков.
— Значит, Эмма, Элфи, Фаина, Миа … У Джеймса дома тоже есть коньяк?
— А как же — сапожник и без сапог останется? У Джеймса дома два ящика этого добра!"
"Как видите, список подозреваемых увеличился. Я могла бы исключить, пожалуй, Эмму — тогда она еще не вызывала у меня никаких подозрений, а в остальном — я сомневалась.
Bouche de miel, coeur de fiel.
На языке мёд, а на сердце лёд.
