В сумерках двое мужчин покидает фургон, его силуэты растворяясь в темной листве кустарников. Рослый водитель, с черной маской на голове и свернутым тросом за поясом, спускается на землю, а его товарищ, коренастый и в камуфлированном комбинезоне, готов к задуманному прыжку через забор....
Варяг встал и отправился надевать костюм. Светлана, выйдя в гостиную, застыла на месте, задумалась, не в силах сделать и шага. Варяг вышел из спальни, и они спустились вниз.
В специально присланной за ними от Медведя «ауди» ехали вдвоем. Варяг отпустил шофера и сел за руль, зная, что тяжелый джип с охраной все равно будет следовать за ними — это было недавнее распоряжение Медведя. Отныне Варяга опекали и охраняли ну просто как члена политбюро…
Теплый день начал сереть, скоро сумерки опустятся на землю.
— Что с тобой? — спросил Варяг, заметив, как она вздрогнула.
— Мне страшно, Владик!
— И чего ты боишься? — усмехнулся он.
— Этот человек нас погубит.
— Какой? — спросил Варяг, зная, кого Светлана имеет в виду.
— Сам знаешь! К кому мы едем…"
"— Он мой наставник и благодетель, Света.
— В первую очередь он твой хозяин… И хозяин властный, жестокий… Ты будешь вынужден жить по его прихоти!
— Перестань! — осерчал Варяг.
— Не перестану!
— Пойми ты раз и навсегда… — начал он, но тут же умолк Светлана судорожно прижалась к нему. — Хватит! — жестко подытожил он и затормозил перед шлагбаумом.
Завернутый с ног до головы в камуфляж, растолстевший от пухлого бронежилета, с автоматом на груди, охранник направился к ним.
Не проехали и трехсот метров, как новый шлагбаум. С двух сторон к «ауди» приблизились вооруженные быки, но Варягу даже не пришлось на этот раз притормаживать — номер узнали сразу и чинно расступились. У самого ресторана к ним подошли еще трое, на этот раз одетые в черные костюмы — хотя под белыми рубашками и цветными галстуками все равно угадывались бронежилеты.
Варяг со Светланой вошли в большой светлый зал, где стоял ровный гул десятков одновременно говорящих людей. Негромко играл оркестр, и музыка тонула в круговерти разных голосов и смеха.
Две пожилые дамы беседовали у самых дверей зала.
