Язык был живым и полным красок, держался уверенно между коленами старшего лейтенанта Шубина. Он знал много секретов, но не позволял себе умирать раньше времени. Слова сыпались как капли дождя — о том, что у него большая семья ждет в Штутгарте. До войны он строил автомобили на конвейере Порше, теперь жизнь резко оборвалась в плену армии....
Из кузова выпрыгнули несколько солдат, еще живых, но разведчики это быстро исправили, перенесли огонь. Двое повалились в траву, напичканные свинцом, остальные стали нырять под колеса остановившейся машины. Кто-то остался в кузове, стрелял, используя в качестве укрытий мертвых товарищей.
Распахнулась дверца, спрыгнул с подножки водитель. Давать ему второй шанс никто не собирался. Прогремела очередь. Он сложился вдвое и избавил свет от своего присутствия.
Тут очень некстати подоспел второй грузовик. Он остановился позади первого, из кузова выпрыгивали солдаты, бежали в разные стороны.
Первая атака захлебнулась. Поднялись несколько человек. Двое тут же повалились замертво, остальные предпочли не испытывать судьбу. На фланге перебежали трое или четверо, ушли из зоны досягаемости.
Разведчики грамотно использовали укрытия, невозмутимо отбивались.
Шубин бегло посмотрел по сторонам. Сердце его сжалось. Осталось четверо бойцов и он сам.
– Все, парни, отползаем, и в лес! Направление строго на восток, уводим немцев за собой, – распорядился Глеб.
Народ активно заерзал.
– Включаем заднюю передачу, – пошутил Пастухов.
Комбинезоны покрывал толстый слой сырой грязи и листвы. Дополнительно маскироваться уже и не требовалось. Бойцы откатывались. Шубин уходил последним, выплюнул короткую очередь, сменил магазин, стал отползать.
Немцы шевелились, приподнимались, являли миру перекошенные бледные лица.
На подмогу вражеским пехотинцам спешил еще один грузовичок. Он подъехал, с него посыпалась публика, вооруженная карабинами. Это были полицаи, человек восемь. Они бежали по полю, смешались с немцами, но особо не спешили. У них отсутствовала тяга распрощаться с жизнью.
Прежде чем нырнуть в кустарник, Шубин увидел, как поднялась плотная шеренга, устремилась вперед.
Горстка бойцов бежала по лесу.
– Держимся кучкой, мужики, – прохрипел Глеб.
Ему хотелось надеяться, что группа Власова уже ушла на северо-восток. Там вменяемые люди, они не будут тянуть резину. Две недели плутали по лесам и не попались.
Красноармейцы грузно бежали, берегли дыхание, таранили кустарники. Когда за спиной разразилась пальба, все дружно залегли, стали палить в белый свет, чтобы обозначить свое присутствие.
Солдаты шли охватом, но основная их масса держалась по центру.
