В теперешних ненастях Хохлов вынужден был отправиться в Лавровскому предложить себе временное убежище. С каждым километром шоссе метель лишь усиливала туман, и он несся вперед, словно его жизнь зависела от этой медленной поездки. Встреча с бывшей девушкой оставила глубокий след, и Хохлов не мог отделаться от чувства вины и ненависти к самому себе....
— Ее забрал таксист! Кузя сел в такси и снял треух, потому что там было тепло! Шапка осталась в такси, и из этого следуют два возможных вывода: или его убил таксист, или его убили где-то по дороге. Он вышел, его убили, а шапка осталась в машине. Ну, просто он ее забыл!
— Нет, — живо перебила Родионовна, которая примерно с Милона Кретонского начала серьезно слушать. — Ничего подобного! Шапку мы подобрали у меня в квартире, да? Значит…
Хохлов секунду подумал.
— Все правильно. Ее оставил тот тип, что к тебе вломился, значит, это и есть убийца, следовательно, это и есть таксист, потому как мы сейчас установили, что шапка могла остаться только в такси!
— Да нет! — возразила Арина энергично.
Хохлов ручкой почесал в затылке:
— Крах версии номер один. Или не крах?
— Тебе нужно понять, из-за чего его могли убить! Если из-за денег, о которых он все время говорил, то из-за каких именно? Которые у тебя украли? Или нет?
Хохлов вдруг вскочил, и многострадальное компьютерное кресло отлетело к стене и опрокинулось.
— Черт! Черт, черт, черт! Я же совсем забыл про эти деньги!
— Про какие именно деньги ты забыл?
— Про те, что у меня украли! Я же видел машину, на которой эта сволочь их увезла! Сволочь в шубе!
— А… где ты ее видел?
— Да в комендатуре института я ее видел! Мне Никоненко сказал, что так оно и будет, и точно! Весь фасад института простреливается камерой, которая у солдатиков стоит! Институт-то наш, глубоко научный, солдатики охраняют! Они мне и показали видеозапись той ночи, когда деньги тиснули и Кузю убили! И все подтвердилось, что Никоненко говорил, — стояла на шоссе машина, и в нее дамочка села с пакетом, и машина уехала! И заметь, дамочка села на пассажирское место, значит, в автомобиле водитель был! Ты помнишь Игоря Никоненко?
Арина пожала плечами:
— Помню.
— И заметь! — назидательно сказал Хохлов. — Еще ни одна крыша, которую мы считали, ни на чьи головы не упала и не упадет, а все почему?
— Почему?
— Потому что я теорию прочности в институте изучал, — пояснил Хохлов с удовольствием.
