Автор
Девина укладывает шляпку под правильный уголок перед зеркалом. Она разглаживает лайковые перчатки в ожидании, несомненно, важного мужчины. Приглашение для приема пришло три дня назад - на кремовой бумаге с изысканными водяными знаками и запечатанное искусной почерком. Кажется, ей предстоит подождать довольно долго – наверняка самые важные гости станут первыми к ней приходить....
– Ты уверен, что тебе стоит передвигаться самостоятельно? Может, позвать несколько лакеев, чтобы помогли мне поднять тебя и перенести? – проворчал Эрик.
– Нет-нет. – Лэнгфорд помотал головой. – Думаю, я справлюсь сам, если ты мне немножко поможешь.
Под нервные возгласы герцогини Эрик довел своего постанывавшего друга до дивана, а затем вдруг заметил мисс Маккаллум, пытавшуюся прочитать название одной из книг на полу.
– Хорошо, что вы здесь, Брентворт… – бормотала герцогиня. – Мы с Девиной как раз гуляли по саду… И если бы оказались сейчас у заднего входа, то даже не узнали бы, что с Габриэлем произошел несчастный случай.
– Если вы мне позволите, то я, наверное, скажу, нужно ли посылать за доктором или за хирургом, – сказала Девина.
– Хирургом? – Герцогиня в отчаянии посмотрела на мужа.
– Если плечо сломано, то это очень серьезно.
Лэнгфорд с женой обменялись загадочными взглядами, и Лэнгфорд пожал плечом, кажется – «пострадавшим»! Его жена отошла в сторону. Эрик же скрестил на груди руки, наслаждаясь вторым действием пьесы.
Девина подошла к дивану и положила руки на плечо герцога, но на какое именно? Несколько раз она сильно надавила, чего-то ожидая. Возможно, ждала, что Лэнгфорд взвоет от боли, однако тот молчал. Более того, полное отсутствие его реакции весьма заинтересовало мисс Маккаллум.
– Пожалуйста, приподнимите немного руку, – сказала она.
Лэнгфорд повиновался.
– Теперь – в сторону, а потом – над головой.
Рука вытянулась в сторону, затем – вверх.
Мисс Маккаллум отступила на шаг и пробормотала:
– После ваших проклятий и криков, милорд, я боялась, что вы серьезно пострадали, а теперь… Сомневаюсь, что утром у вас хотя бы синяк появится.
– Может, вы надеялись, что я пострадал сильнее? Простите, что разочаровал вас.
– О, да ведь от одного только шока можно начать сыпать проклятиями, – сказала герцогиня. – Разве не так, Брентворт?
– Да, безусловно, – отозвался Эрик.
– Думаю, сегодня никуда не пойду, – сказал другу Лэнгфорд. – Может, оно и не сломано, но болит ужасно.
Герцогиня села рядом с мужем, погладила его по плечу, потом взъерошила его темные кудри – и внезапно оказалось, что для этих двоих больше никого не существовало.
