Автор
В Гайд-парке в 1815 году маркиз Локингтон и наследник титула герцога Дрейкстоун сидел в двуколке, голова раскалывалась от боли. Однако его скрытность не могла склонить к разгадке любых происходящих вокруг изменений — Брэй всегда искусно маскировал свои эмоции, особенно боль....
Брэй не имел ни малейшего понятия, что привело девушку в его дом, но ему очень не хотелось, чтобы она уходила…
За свою жизнь Брэю пришлось бесчисленное число раз побывать на самых роскошных обедах, отведать самых изысканных яств и вин, но мог ли он представить себе, что все это не может даже сравниться с самым обычным ужином в уютной домашней обстановке?
Подали второе: говядину, картофель и какую-то зеленую однородную массу, очевидно шпинат. Тем не менее никто почему-то даже не взялся за вилку.
– В чем дело? – удивился Брэй, переводя взгляд с одной сестры на другую. – Угощайтесь, прошу вас!
– Вы хозяин, ваша светлость, мы гости, – отвечала Гвен, – вам и начинать.
«Да, – подумал он, – кажется, действительно есть такое правило… А я и забыл…»
– А можно я это не буду? – подала голос Сибил, указывая вилкой на зеленую массу в своей тарелке.
– В гостях не капризничают! – нахмурилась Луиза.
– Я тоже это не хочу! – поморщилась Бонни. – Это похоже на…
– Веди себя прилично! – перебила ее Луиза, прежде чем сестра успела сказать, на что это похоже.
Впрочем, Брэю и самому эта непонятная зеленая масса казалась не особенно аппетитной.
– Хотите знать, юные леди, как мы в школе поступали с едой, которую не хотели есть?
– Хотим! – раздался дружный хор голосов.
На одной из тарелок лежали булочки-рогалики, и Брэй взял одну из них.
– Подобные рогалики нам подавали на обед в школе, – сказал он. – Только там они были сухие, если не черствые, гораздо суше этого.
Не только малышки, но и сама Луиза глядела на Брэя не отрываясь. Как ни занят был Брэй своими манипуляциями с рогаликом, он не мог не чувствовать на себе пристальный взгляд Луизы."
"– А теперь берешь то, что не хочешь есть, и засовываешь внутрь.
Малышки рассмеялись – и начали проделывать то же самое со своими рогаликами.
– Чему вы учите детей, ваша светлость?! – проворчала, скорее в шутку, Луиза.
– Маленьким хитростям! – с тем же веселым лукавством ответил он.
– Можно мне кое-что сказать, ваша светлость? – подняла руку Лилиан.
