Кровь хлынула через груди герцогини, заставляя ее дрожать от невыносимой боли. Последняя, отчаянная попытка скрыть истинные чувства — именем императора она могла наделить людей судьбу. Но он видит их глаза, полные равнодушия и даже насмешки, у confirming что за это ждет.
А то, что Лес догадывалась, что за воздействие было применено к Иритании. Оставалось только удостовериться в своих подозрениях.
— Дамис, — проговорила Лес, — ты извини, но сегодня я попрошу тебя заняться памятью слуг и остальных. Справишься?
— Конечно, — парень серьезно посмотрел на нее и осторожно провел пальцами по щеке, — ты не виновата. Рано или поздно это бы все равно произошло. Иритания повзрослела, и живет она не в храме одиноких дев.
— Я знаю, но все равно… — Она покачала головой.
— Конечно. Иди и не волнуйся.
Не волнуйся? Лес чуть было не фыркнула. Ей было о чем волноваться, но об этом она не расскажет никому. Девушка шла медленно, думая о своем. Придворные, которые встречались на ее пути, сперва кто хотел побеседовать, а кто и поиздеваться над ней, вдруг резко меняли мнение и старались побыстрее исчезнуть с ее дороги. Слишком тяжел был взгляд герцогини.
Только когда Амилес очутилась в своей лаборатории, она наконец-то смогла расслабиться.
"Руки не дрожали, когда она вытащила ту коробку, которую когда-то давала Харане. Несколько пассов… И перед герцогиней появился листок мгновенной магической почты, где быстро и четко было написано всего четыре фразы:
Ты отомстила. Я знаю, что это ты, знаю как, но за мной долг.
Вот и все… Вспышка, и Амилес была абсолютно уверена, что листок достиг адресата. Более того, она почувствовала, что его тут же развернули. Две минуты на осознание, и листок вспыхивает сам собой. Вот и все. Следов никаких. И полная уверенность девушки, что ее советом тут же воспользуются. Точнее, уже воспользовались. Адресата во дворце не было.
Когда раздался стук в дверь, Лес с трудом пришла в себя. Как и всегда, как бывало в сложные моменты, она полностью ушла в работу, изобретая и создавая.
