В дамских розовых кошмарах и феерических воздушных прогулках – история о том, как молодая девушка попадает между сидящим в кресле лордом инспектором и его женой. В этот момент она становится центральной фигурой в игре любви и чародейства.
После моих слов Ари бросилась обниматься.
– Они живы, слава богам! – Она горячечно делилась страхами. – Там такие клубы дыма были… Оглушающие взрывы, огонь до небес. Потом здание посольства вообще ушло под землю… Маги еле-еле остановили разрастающуюся пропасть.
Боги, какие страшные подробности! И она не сказала сразу, щадя меня? А ведь бояться вдвоем легче.
Я крепко стиснула Ари, молчаливо благодаря за великодушие.
– Ладно, я домой, ждать Бенджи.
В одиночестве я оставалась недолго – на террасу вышел Картер.
– Госпожа Рутшер, меня отправили поинтересоваться, будете ли вы обедать. Если ответ отрицательный, на кухню мне лучше не возвращаться.
Приятная забота, неожиданная.
– Передайте Лэнии, что я голодна, как стая волков.
Я не успела допить чай, как на террасу, размахивая свернутой в трубку газетой, вылетела леди Брикойль. Бедная, наверное, переживает, как там сын.
Приготовившись успокаивать, совсем не ожидала ее следующего поступка.
Она запустила в меня газетой, как копьем.
– Что это?! – светская львица практически рычала.
Я разгладила резко пахнущие типографской краской листы «Голоса Церестана».
Первая полоса бросалась в глаза благодаря огромному заголовку: «Пока невеста подбирает фасон свадебного платья, помощница герцога уже определилась».
Дальше взгляд скользнул на цветной магснимок. Алистер держал в объятиях роскошную красотку… точнее меня, в бесстыдно откровенном платье.
– Я спрашиваю у тебя, что это такое?
Глаза у леди Брикойль не бешеные, но около того. Кажется, меня сейчас покусают.
– А это газета, – улыбнулась я, спокойно выдерживая убийственный взгляд в ответ. Хоть эта моложавая блондинка – мать Алистера, бояться я ее не собиралась, как и тушеваться.
– Как ты посмела целоваться с моим сыном? С моим помолвленным сыном!
Я вскинула брови.
– И где вы видите поцелуй? Я знаю одно замечательное зелье, которое возвращает былую зоркость…
Леди усмехнулась и, царственно опустившись на ближайший стул, предложила:
– Давай поговорим, как мать с матерью. У тебя ведь тоже сын, и ты волнуешься о его благополучии."
"Заняв соседний стул, я кивнула:
– Я не против разговора.
