В холодной студии кинематографиста, где свет от мерцающих экранов создает необычную атмосферу, Павел и Катя обсуждают очередное задание. Неожиданная перемена темы приводит к шуткам и легкому румянцу на лицах участников разговора. Юсупова выглядит непривычно серьезной, будто готовясь к какому-то важному откровению....
Но как же обидно было бы уйти, так и не «размочив» счет!..
«Жаль, что сестра не справилась!» — хмыкнул мысленно Тюфякин. Нет, обид никаких! Она сделал все, что смогла. Притащить в их Управление столько «небожителей»… Да еще и Главмедведя! Это достойно уважения.
Алексеевым тогда под давлением таких аргументов пришлось отступить. Да и вообще старательно вилять хвостиком.
«Ну еще бы!» — развеселился молодой мужчина, подняв взгляд на отчего-то не спешащему приступать ко второму раунду палачу.
Стоило тогда раздаться в коридоре тяжелому шагу Константина Андреевича, как неудавшиеся «рейдеры» принялись активно вилять хвостиками.
Полковнику тогда хватило одного-единственного слова:
— Вон.
Всего три буквы буквально «вынесли» Алексеевых. Не только из кабинета, но и из здания.
Задерживаться Главмедведь не стал. Просто окинул взглядом уже слегка помятого директора и, коротко склонив голову, веско уронил:
— Юрию Николаевичу мое почтение.
Больше он не добавил ничего. Просто окинул взглядом сына бывшего сослуживца и потопал к посадочной площадке. Тюфякин претензий не имел. Каждая секунда ТАКОГО человека стоит очень дорого. И не в деньгах.
Однако и этого хватило.
Ни одного Алексеева в здании не осталось уже через полторы минуты. Да и в радиусе двух километров тоже.
На этаже управления было тихо. Состав гостей впечатлил всех. Всего два слова. «Опора трона».
— Дела… — негромко оценил казус мужчина, почесав затылок.
Все равно ж все попрятались. Никто и не увидит. А камеры до сих пор «дохлые». Так что можно себе позволить!
— И что мне теперь делать? — с чуть нервным весельем в голосе хмыкнул он.
Сегодня о работе «штаба» не могло быть и речи. Текущие бы процессы из рук не выпустить…
— Все завтра, — принял решение Тюфякин, разворачиваясь к лифтам.
Постояв секунду, мужчина совсем уж широко улыбнулся.
— Нет, на сегодня хватит!
Накатался он уже в этих тесных кабинках под конвоем. Так отчего бы и по лестнице не пройтись? Этаж-то всего пятый.
— Физкультура, опять же… — подбодрил он сам себя, толкая ладонью дверь эвакуационного выхода.
Лоб в лоб с нервно мусолящим сигариллу Коршуновым он столкнулся на между вторым и третьим этажом.
— Здра-а-а-а-авствуйте, дядя Гена! — радостно протянул Алексей.
