В глубокой темноте проступают силуэты людей — один спит крепко, другой — прерывисто хрипит, словно не живой. В центре комнаты стоит девушка с приятным голосом Полина, но её лицо скрыто в тени. Выражение ее глаз передает боль и тревогу, окутывающую комнату и каждую дышащую вещь....
Мой бастион, моя опора, защита, средоточие моих чувств, центр моего мира.
Три заросших многолетним бурьяном могилы перед нами - его семья. Дед, бабушка, мама. Люди, что были в его жизни главными, но ушли, оставив после себя пустоту, которую не заполнить. Ничем. Даже моей любовью. Места, что они занимали в его жизни, так и останутся белыми пятнами, выцветшими фотографиями, утерянными воспоминаниями и невыносимым одиночеством, с которым он живёт всю жизнь. Он не выбирал свой путь одинокого воина - жизнь выбрала за него.
И это значит для меня больше всех слов, что он мог бы сказать."
"Мы стоим молча, вглядываясь в черты на мокрых портретах. Для меня - это лишь незнакомые лица. Для Алекса - целая эпоха: детство, отрочество, юность. Взлёты и падения, радости и печали, встречи и прощания, а ещё похороны, похороны, похороны...
Но против его сиротской обделённости теперь моё невыносимое желание быть частью его жизни. Частью его самого.
Нам не надо слов. Я знаю: что бы он ни сказал о своих родных - этого будет мало. И слова - это не то, чем можно передать его чувства сейчас. Но его руки, прижимающие меня крепче - красноречивее слов, что он так и не произнёс.
Я пыталась порвать на могилах хотя бы сорняки, но Алекс мне не позволил. И дождь, что зарядил, словно поддержал его в этом желании не нарушать того покоя и умиротворения, что царит в том месте, где живые - просто шорох травы.
«Спасибо за то, что дали ему жизнь.
Алекс увлекает меня за собой обратно в машину.
- А ваш дом сохранился?
- К сожалению, нет. Я оставил его соседям, что помогали бабушке. Вместе со всеми вещами. И новые хозяева построили другой дом, а всё, что было в старом, вынесли на помойку.
