В глубокой темноте проступают силуэты людей — один спит крепко, другой — прерывисто хрипит, словно не живой. В центре комнаты стоит девушка с приятным голосом Полина, но её лицо скрыто в тени. Выражение ее глаз передает боль и тревогу, окутывающую комнату и каждую дышащую вещь....
А список моих личных врагов всё растёт и растёт.
Как Алиса в Зазеркалье по следам кролика возвращаюсь в спальню. И, убирая обратно в ящик раскиданные документы, натыкаюсь на настоящее сокровище. Флешка! Я же копировала на неё какие-то документы с рабочего стола Наденьки.
Взволнованно втыкаю её в разъём.
Документы, документы, документы. Договора, договора, договора.
Краем глазом выхватываю названия поставщиков. А это интересно: ведь я теперь в курсе всей этой кухни. Руки тянутся почитать подробнее и сохранённую рабочую переписку.
Фотографии с Гремлином. Явно с поездки. Путешественник хренов! Да как красуется, поигрывая мышцами, на фоне какого-то собора. А я-то, наивная, думала, что Надежда побежала к Гремлину, когда Берг её послал. А она его, наверно, как запасной аэродром держала. Там не выгорит - так здесь. Или что?
Включаю аудиозапись.
- Ну, выйдешь ты замуж за своего Берга, а потом? - голос Гремлина хрипловатый, он кашляет, чтобы прочистить горло.
- Не будет у нас детей. Ненавижу детей, - звук такой, будто она затягивается сигаретой.
- Будет он тебя спрашивать. Нарожаешь, как миленькая.
- Мне конкуренты на наследство не нужны.
- А ты что, собралась его грохнуть? - он фыркает. - Не кури мне в лицо.
- А ты не неси чепухи. Ну, неужели я не договорюсь с мужем? Разве обязательно его для этого убивать, - хмыкает она.
- С мужем, - передразнивает её Гремлин и обиженно хмыкает. - Да Берг твой не такой уж и лакомый кусочек. Вот тесть его - да. У того активы. Его мой папаша давно бы грохнул. Да времена не те, просто так бизнес не отожмёшь. Был бы, говорит, я девкой, он бы меня на нём женил, - ржёт он басом, словно поперхнувшийся Зевс-громовержец.
- А потом что? Несчастный случай? А ты счастливая вдова? - теперь противно смеётся Наденька.
- Да если его в оборот брать, там и всей возни - пара секунд. Чеснок ему в зубы - и жди, пока околеет, - снова смеётся Гремлин.
И о том, что ляпнул, не подумав, и решил судьбу стольких людей, он даже не догадывается.
Дальше пошла возня с поцелуями и требовательным мычанием, и я выключаю воспроизведение.
