Внутренние сети книги Гладкое личико словно застывшие капли, отражающие жизнь маленького персонажа — девочки-интуитивистки. Ее острый взгляд на мир создает тонкий дымок атмосферы, в котором кажущаяся простота скрывает глубины человеческой природы.
Если бы не Фернандо, она бы снова легла.
Вообще-то он был Федя. Фернандо его прозвала Нина, по имени злодея из мексиканского сериала. В последнее время страна закупила, должно быть, по дешевке, телевизионные сериалы, и мексиканская жизнь мыльными потоками хлынула в московские квартиры, отвлекая от инфляции и от правительственного кризиса. Люся вникала в чужую бесхитростную жизнь. Отмечала, что мужчины и женщины ничего не делают и говорят только о любви. И даже дети, начиная с шести лет, говорят о любви, как будто в жизни ничего больше не существует.
Люсе это было понятно. А Нине непонятно. Она брезгливо удивлялась – как можно терпеть такой убогий художественный уровень?
Нина – пожизненная отличница. Она лучше всех училась в школе, теперь была лучшим директором школы. Заставляла учиться следующие поколения. Ее привлекали знания. А Люсю – чувства. Кто прав? Обе правы. Но Нина настаивала на своей правоте. Врожденная директриса."
"Люся бродила по дому и с удовольствием выискивала недостатки в характере подруги.
Люся надела легкую пуховую куртку. А Нина всю жизнь носит старомодное каракулевое сооружение, которое весит сорок килограмм и старит на сорок лет. При этом Нина не стрижет волосы, а заворачивает их пучком на затылке, как деревенская баба.
После смерти мужа Люся заболела и так ослабла, что уже примирилась со смертью, которая как кошка кружила вокруг кровати на мягких лапах. Но приходила Нина, открывала дверь своим ключом, отжимала соки из ягод, проветривала дом, мыла пол тяжелой тряпкой, кошку-смерть отогнала, пинком вышибла за дверь.
Люся выздоровела и написала Нине дарственную на дачу. Осталось заверить у нотариуса. Но образовалась перестройка, к нотариусу такие очереди…
Дорога к магазину проходила мимо мусорных баков, и Люся всегда опасалась увидеть там крысу.
Прошлой зимой ударили морозы до тридцати градусов, и в дачу забежала пара крыс: муж и жена. Да так и осталась. Люся решила установить с ними негласный уговор: пользуйтесь домом, крупой, но чтобы тихо. Чтобы вас не было видно и слышно. Однако крысы пользовались домом и крупой, и грызли пол, прорезая себе ходы, и какали на столе.
