Автор
В темной и заснеженной январской погоде, где даже солнце прячется за тонким слоем моросящего дождя, главные роли исполняются в унынии и одиночестве. Ночью мерцает фонарь на углу, но он не согревает сердце — лишь добавляет гнета в этом холодном мироздании.
Вечером в Москву засобирались – ни тебе посиделок, чаев вечерних, разговоров. Мама сыночка расцеловала, а Насте кивнула сухо, небрежно. Какое там «была рада познакомиться» или «приезжайте еще». Настя в машине молчала, песен уже не пела. Настроение – хуже некуда. А вот Игорек радовался – воздухом подышали, с мамой повидались, детство вспомнили. Настю от этих радостей затошнило. Так обиделась, что в первый раз его зайти не пригласила.
– Извини, дорогой, голова разболелась.
– Это у тебя от воздуха, – почему-то обрадовался он.
– Ну, это мы еще посмотрим, кто кого.
Следующим тактическим ходом был Настин день рождения. Все было продумано до мелочей. Наряд – нежный, небесно-голубого цвета, под Настины глаза. Стол – никаких салатов с тяжелым майонезом. Рукола с помидорами и моцареллой, семга под соевым соусом, слоеный пирог с пармезаном.
– Кто это? – удивился Игорь. Мы еще кого-то ждем?"
"Настя пожала плечами, подошла к двери и посмотрела в глазок. За дверью стояла Лолка – соседка с пятого этажа. Дурацкая и вульгарная девица, навязчивая, как цыганка. Больше всего на свете Насте хотелось приоткрыть дверь и послать эту Лолку куда подальше. Но за спиной у нее стоял Игорь. Пришлось открыть.
