"Глазами жертвы" — дьявольски притягательная книга о загадочной убийстве, рассказанная из глаз единственной свидетельницы. Атмосфера здесь напряженная и плотная, словно сталь, подчеркивая темное мрачное прошлое главной героини. Каждый шаг она совершает — будь то в поисках расследователя или сама переживая трагическую участь — становится частью этой необъятно сложной истории о смертельной ненависти и мести....
Кох обещал выйти на связь, если найдет что-то полезное.
Свенсон дождался адвоката и сейчас беседовал с ним в допросной. Теперь можно не сомневаться: от него ничего дельного уже не добиться, а юрист будет настаивать, чтобы его клиента отпустили. Арестовать Свенсона пока невозможно. Никаких конкретных обвинений предъявить нельзя.
О’Доннелл взяла телефон и чуть не позвонила Коху, но ее палец замер над экраном. Она набрала номер мужа.
– Привет.
В его голосе слышен холодок. Другой и не заметил бы, зато О’Доннелл почти чувствовала, как телефон стынет у нее в руке.
– Привет, дорогой. Извини, кажется, день снова будет долгим. Кое-что случилось… – Она порывалась рассказать ему про Рею Делеон. Женщина шла по улице, ее схватили два маньяка, которые насиловали своих жертв и пили их кровь. Однако О’Доннелл сдержалась. Она давно поняла, что дома о работе лучше молчать. – В общем, время отхода ко сну я снова пропущу.
– Ясно.
– Можешь позвать Нелли?
Секундная пауза, а потом:
– Мамочка?
– Привет, малышка!
– Угадай, что у меня в руке.
– Папин телефон.
– Нет, в другой руке.
– Я не знаю. А что там?
– Ну же, угадай!
– Твоя куколка?
– Нет.
– Гм… мячик?
– Нет. – Нелли хихикнула.
О’Доннелл улыбнулась.
– Что же тогда?
– Я тебе не скажу, – дразнила ее Нелли.
Судя по всему, детектив из О’Доннелл не вышел. Она не смогла разговорить не то что Свенсона, а даже свою пятилетнюю дочь.
– Я знаю! Это собачья какашка.
– Фу! Конечно же, нет!
– Тогда вонючая собачья какашка?
– Фу! Мама!
– Сейчас передам всем в участке, что Нелли держит собачью какашку.
– Это не какашка! Это леденец!
– А, я так и знала! – Ее губы растянулись в глуповатой улыбке. – Малышка, я опять приду домой поздно. Но позвоню тебе пожелать спокойной ночи.
– Честно? – В вопросе были слышны обвиняющие нотки.
– Даю тебе честное-пречестное слово.
– Хорошо, мамочка.
– Пока, крошка.
– Пока.
Дав отбой, О’Доннелл сидела, сверля взглядом телефон. Вскоре экран засветился – звонил Кох.
– Привет, – ответила она, – как раз собиралась тебе звонить.
– Я кое-что нашел, – сообщил Кох. – На компьютере Свенсона установлен пароль, и нам сказали не трогать его без техников. Зато здесь куча DVD, и я запустил парочку на своем ноутбуке. Это домашнее порно. Со Свенсоном в главной роли.
Его явно распирало от желания что-то сказать.
