В помещении, где постамент выходит на центральный уровень, тонкий свет ласково проецируется на молодого человека с ослепительной улыбкой и золотым лавровым венком на темных волосах. Его обнажённый силуэт вызывает восхищение вокруг него — от красивых слов приятеля до атмосферы римской славы, что кажется таким чистым и светлым в контрасте с окружающим мраком....
Давид снова вернулся взглядом к фигуре Александра. На его широкой груди тоже была темная растительность, но узкая дорожка, что уходит вниз к паху, его притягивала больше.
Опустив взгляд ниже, член был слегка увеличен, Давид резко вернулся к лицу Александра, замечая, что тот смотрит ниже его пояса, продолжая работать. Давид никогда не видел вживую эрегированный мужской член. Только в порно.
Хотя, нет, было только раз, когда он случайно застал в душевой фитнес-клуба двух геев. Они целовались, ласкали друг друга, сжимая члены, терлись ими.
И вот сейчас, вспомнив тот случай, Давид не мог отвести глаз от члена Алекса, или даже прикрыть их. Перед глазами были два органа, возбужденных, налитых кровью, крупных. Сильные руки сжимали их, лаская то себя, то партнера, то одновременно сразу два.
— Тебе нравится то, что ты видишь?
— Что?
— Ты смотришь на мой член. Тебе нравится то, что ты видишь?
— Я не понимаю.
— Ты возбужден.
Давид смотрит на свой член, он на самом деле слегка возбужден.
— Извини, я не хотел.
Парень прячет глаза, прикрывает себя руками, выходя из образа бога Олимпа. Алекс откладывает инструмент, вытирает руки влажной тряпкой, медленно идет к Давиду. Его член тоже слегка возбужден, раскачивается на ходу. Подходит совсем близко.
— Так от чего ты возбудился, Давид? И убери руки, не закрывайся.
— Я вспомнил, глядя на тебя, как видел двух мужчин, они ласкали друг друга.
— Тебе понравилось? Только говори правду.
— Да.
Алекс встает рядом с Давидом на постамент, тянется рукой к его половому органу, проводит по нему пальцами.
— Что ты делаешь? — Давид резко отстраняется, испуганно смотрит на Александра.
— Только то, что тебе понравится.
Он снова делает шаг к парню, тот уже не отступает, следит, как рука мужчины накрывает его член. Ладонь поглаживает начинающий возбуждаться еще больше орган, слегка задевая яички. Давид глубоко вздыхает, напрягается всем телом.
— Алекс, ты гей?
— Думал, что нет, очень долго сопротивлялся своим желаниям, но они иногда берут верх над моим здравым смыслом.
Он говорит медленно, тихо, продолжая поглаживать член. Давид задерживает дыхание, почти перестает дышать. Его накрывают эмоции, которые он не испытывал никогда ранее. Привлекательный мужчина ласкает его член, другая рука ложится на грудь, слегка щипля сосок.
— Ты бреешь грудь тоже?
— Нет, только внизу.
— Ты очень красивый там, внизу.
