В холодном кабинете Большого Босса все еще царило напряжение. Каждый звук казался сигналом, а каждая мысль — шагом вперед на верную участь. Я всхлипнула, понимая, что выбора у меня уже нет. Взгляд в серые глаза Босса доказывал: теперь я точно попала в капкан.
Как его теперь успокоить, что сказать? Или не трогать, дать остыть?
– Юля, прости, но мы спать.
– Понятное дело, – кивнула подруга, поцеловала меня в щеку и пожелала спокойного сна, шепнув на ухо, чтобы я скреблась к ней, если все будет плохо.
Я замерла на пороге, растерянно наблюдая за Димой. Он взял с дивана подушки, швырнул их на пол, включил телевизор и достал из холодильника корзину с вином и фруктами. Я взяла со стола бокалы и села на пол, ожидая, когда ко мне присоединится Босс. Красное вино разлилось по бокалам.
– За нас, – провозгласил тост Дима.
Я медленно пригубила вино, напряженно следя за ним. Я думала, он осушит бокал сразу, но вместо этого лишь пригубил.
– Иди ко мне, – позвал меня Дима, и я с большим удовольствием устроилась у него между ног.
Над камином висел телевизор, мы смотрели музыкальный канал. Жгучие брюнеты пели нам о любви, ритмично двигаясь в такт, а мы просто сидели, пили вино и молчали. Дима подкармливал меня виноградинками, я иногда посасывала его палец, а иногда кусала, чтобы хоть как-то развеселить его и унять боль.
– Люблю тебя, – тихо шепнула я, когда вино закончилось, а тоска осталась."
"– Я сделаю тебя счастливой, обещаю, – в ответ заверил меня Босс.
Мы легли спать пораньше, секса не хотелось. Мы просто лежали, обнимаясь, я слушала мерное дыхание мужчины и боялась сомкнуть глаза. Вдруг сон развеется, и я проснусь в своей комнате. А может, Босс сбежит, пока я буду спать? В моем сердце поселился страх, ведь я знала, что не ровня сопернице и все решал лишь Дима.
Прошлое так просто не спрячешь в шкаф, оно норовило оттуда вывалиться как снег на голову. Так и Татьяна, призрак былого, неожиданно возникла и хотела поговорить. О чем? Неужели решила вернуться? Или вернуть себе Диму?
Я грустно вздохнула.
– Мила, спи, – сердито приказал Босс, и я, испуганно моргая, притихла. – Забудь о Татьяне, она безвозвратно опоздала. Я не прощаю предательства, запомни это, маленькая. Никому и никогда.
Я опешила. Никому и никогда? Татьяна не единственная, кто его предал? Были и другие? Кто? Я слишком мало знала о Диме, точнее, практически ничего. Поэтому я пошевелилась, положила руку на грудь Босса и тихо попросила:
– Расскажи о своем детстве?
– Сейчас? – удивился Босс.
Я не видела его лица, но почувствовала его эмоции. Ему было приятно, я почувствовала, что он улыбается.
– Да. Ты же жениться на мне собрался, помнишь? – Этот вопрос был как проверка.
